Блог Алексея Смирнова

Моя любовь к «Дип пепл» — сродни любви к девушке. Ты встречаешь разных: умных, красивых, обаятельных. Ты набираешься опыта и представляешь себе набор качеств той, с которой тебе хотелось бы быть. А потом встречаешь одну-единственную, которая на порядок круче твоих ожиданий, и чем больше узнаешь, тем больше «ух ты».

Схожим образом раскрылась для меня эта группа. Из исполнителей, да чего там — создателей стандартов тяжелого рока родился уникальный коллектив и уникальный жанр. Его можно описать как «многослойная импровизация со смешением стилей при сохранении ярко выраженного внутреннего стержня и движухи» — что, конечно, весьма коряво. «Дип пепл» — эдакие рок-джазмены, при том, что играют совсем не джаз: их музыка течет вольно и полноводно, но не расползается, теряя напор и становясь болотом — чем грешат многие прог-рокеры, а сохраняет направление и импульс.

Из современных групп ближе всех к этому стилю подобралась «Ликвид теншн экспиримент». Что весьма огорчает меня, потому что Отцы неумолимо стареют, и Лорда мы уже потеряли: а новой музыки хочется.

Кстати, обратите внимание: «Ликвид теншн» в переводе с английского — «жидкое давление»: любопытно, как совпали образы в описании музыки; вряд ли это случайность.

Но пока что «Пепл» живее всех живых. Заметил, что самые интересные альбомы получаются у них либо после перерывов в работе, либо после уходов музыкантов. В начале 90-х окончательно ушел гитарист Блэкмор. Казалось, группе конец — именно он написал «Смоук он зэ уотэ» и был одним из краеугольных столпов самобытного звучания группы. На смену ему приходит американец Стив Морс с весьма отличающейся манерой игры: Блэкмор вырос на классике и грезил менестрелями, у Морса за душой кантри и фанк. Но первый же альбом с ним, «Пепендикьюлар», я до сих пор люблю больше всего, потому что именно в нем «Пепл» достигают вершин той музыки, что я описал чуть выше по тексту.

Дело еще и в том, что в этой группе нет второстепенных, аккомпанирующих музыкантов. Их нельзя слушать как обычную рок-группу — певец, гитарист, клавишник что-то там и ритм-секция «тунц-тунц». Нужно умудриться услышать каждую партию одновременно и уже у себя в голове собрать их в единую симфонию — спасибо, звукорежиссеры это понимают и учитывают при записи.

Да, с непривычки это непросто. Но удовольствие стоит усилий. И именно это помогло группе остаться собой. когда вокалист Иэн Гиллан с возрастом потерял способность к фирменному истошному визгу и стал довольно ограничен в вокальном диапазоне. Его пение стало мягче и глубже, с вкуснейшим тембром чуточку перегруженной электрогитары, а с задачей поднять напряжение, где этого требует музыка, превосходно справляются гитарист и клавишник.

Если будет время, я расскажу о каждом их альбоме: за что его стоит любить, на что обратить внимание и какая у него подолека. Сегодня — про свежайший диск «Нау уот?!», или по-русски «И че?!».

Дорога к нему заняла целых 8 лет. Это много: ровно столько же прошло между легендарными распадом и воссоединением периода 70-х —80-х. На этот раз никто не распадался: группа активно гастролировала, вышло несколько сольных работ. Альбом вроде и надо было записать, но внятных идей не возникало. Басист Роджер Гловер рассказывает, что они встречались, выпивали, соглашались, что «уже пора» и на этом все заканчивалось.

Беспредел взял в свои руки продюсер Боб Эзрин, одна из легенд современной музыки. Он работал с такими коллективами как «Пинк Флойд», «Кисс» и Элисом Купером — и продолжение списка впечатляет не меньше. Боб пришел на концерт «Пепл» в своей родной Канаде и услышал, что всем знакомые старые песни плотно укутаны в живые, возникающие прямо на сцене импровизации — не зря ж говорится, что у этой группы не бывает двух одинаковых концертов.

«В мире, где самый отвязный „Дрим театр“ можно записать на ноты, дать каким-нибудь трудолюбивым китайцам и они повторят его не хуже, такое ценится на вес золота» — сказал себе Боб и затащил старых бронтозавров в студию. На протестующие вопли из серии «мы не знаем, что играть», ответил — джемуйте, импровизируйте, глядишь, что и получится.

Пятерым талантам дали делать то, что у них получается лучше всего. Беспроигрышный вариант.

Музыканты творили, Боб придавал этому форму, даже название вылезло как-то само собой и по приколу. Свой отпечаток наложила и неожиданная смерть Джона Лорда, легендарного экс-клавишника группы, остававшегося с ней очень близким. Текст одной из песен родился сразу после его похорон, а другая словно гимн ему — по словом Гиллана, «смесь стансов и панегирика». Не только как музыканту, как личности.

«Дип пепл» сегодня — это чистой воды импрессионисты. Сами музыканты говорят, что особенно ценят русскую аудиторию за восприятие их музыки душой, на уровне эмоций, поскольку английский знают далеко не все. Поэтому впечатление об альбоме нужно составлять самому, причем упаси вас бог слушать его в эм-пи-3, практика показала, что этот формат с ним несовместим. Я же с помощью музыкантов прокомментирую каждый трек отдельно.

«Э симпл сонг» («Простая песня»)

«Неважно, как долго, ведь время — это все, о чем нужно задумываться».

Зыбкое, задумчивое, философское вступление обрывается решительным взрыком гитары. Давление хэммонд-органа, напористая вокальная линия и мощная гитарная подложка стремительно тащат эту песню к финалу, она кажется гораздо короче своих 5 без малого минут. Соло Дона Эйри на клавишных — вкусняшечка, на этом альбоме далеко не последняя.

Стив Морс: «Родж играл на бас-гитаре рифф из двойных нот. Мы пробовали много вариантов, и когда кто-то подавал идею, ему приходилось быть готовым, что ее изменят. Но эта Роджеровская штучка была настолько простой и элегантной, что мы порешили оставить ее как есть. Я сочинил небольшую мелодию, а Иэн проработал свою вокальную часть. Она как раз такая, как и называется: простая песня. Никакого длинного гитарного соло, тут оно не нужно».

«Уирдистан» («Странностан»)

«Никаких вопросов и обвинений, похоже, мы просто не на одной волне».

Прямолинейная вещь с восточным флером (читай — похожа на ледзеппелиновский «Кашмир»), органом Эйри, завывающим словно банши и вторящим ему Морсом. Напоминает песни с предыдущего альбома «Рапча оф зэ дип». Подытоживает композицию соло бас-гитары.

Иэн Гиллан: «Она о разных культурах, которые развиваются с разной скоростью. О том, как одни люди стараются навязать свою волю другим, доказать, что они правы в своей вере, а другие — нет. Отсюда — прямой путь к агрессии. Это как раз та вещь, которую я шесть раз переписывал».

Стив Морс: «Эта вещь родилась из импровизаций. Дона порой заносит в какие-то загадочные риффы во фригийском ладу. На нашем последнем альбоме, „Рапча оф зе дип“, тому есть несколько довольно любопытных примеров. Мы поиграли с идеями Дона, я попытался внести что-то свое. Я всегда говорю ему: „Ты гений. Ты неправ только тогда, когда не соглашаешься со мной!“ (смеется)

По ходу дела, Роджер и Иэн подсказывали, что нам стоит делать, а от чего отказаться.. Порой возникает шквал задумок, и тогда был как раз такой случай — рассмотрели каждую, пока не решили, какая подходит лучше.

Мое соло, пожалуй, отражает то, чего искал Боб. Они с Роджером всегда говорят мне „просто сыграй что-нибудь хорошее“ — в отличие от того, что я делаю обычно (смеется). Стиль может быть повторением определенных вещей, и я помню, как они просили меня придать некоторым моментам в соло немного другое выражение. Так что это был компромисс — я играл, что хотел, а они доводили это до ума. На самом деле, мне нужно это влияние».

«Аут оф хэнд» («Из-под контроля»)

«Не успеешь моргнуть, как все законы поменялись, и говорят, что падальщик — хищная птица».

Вторая подряд песня, основанная на звучном риффе и первая, напоминающая о прошлых этапах жизни группы: вполне могла бы оказаться на альбоме «Пефект стренджес» 1984 года. Начавшие ее драматические струнные спрячутся под полог ритм-секции, но никуда не исчезнут.

Стив Морс: «Возможно, в этой песне на меня повлияла „Лед зеппелин“. Мне просто полюбился этот простой, пыхтящий рифф с синкопами — что-то такое мог бы придумать Джимми Пейдж.

Что в этой вещи здорово, так это реально классные припев и то, что перед ним. Мне очень нравится такой расклад. Иногда, когда сочиняешь введение к припеву, кажется, проходит вечность, прежде чем их удается сцепить. Здесь все получилось и срослось.

Соло было собрано из разных частей. Половина — оригинальный вариант. В основном, я стараюсь, чтобы Роджер на меня не орал (смеется). Он говорит мне расслабиться и играть. Некоторые части вырезали — там я играл быстро. Когда я впервые прослушал сборку, там было слишком много нагромождено, так что я вмешался и выгладил кое-что.

Оно немножко блюзовое, это соло. В этом смысле на меня повлияли британцы — Клэптон, Джефф Бек, Пейдж. Они сделали свою версию блюза, родившегося в Америке. Когда я был моложе, я не понимал коренного блюза. С возрастом, начинаешь понимать его больше, откуда все пошло».

«Хелл ту пэй» («Хлопот не оберешься»)

«Он так и не смог нам объяснить, против чего было все это восстание».

Песня вышела в качестве сингла за несколько месяцев до альбома. Тогда казалось, что это стандартный концертный ударный номер — так оно и будет, на самом деле, в припеве зал будет дружно орать: «зэ гонна би хелл! хелл ту пэй». Полная версия порадовала аппетитнейшим соло на органе под пульс баса — ребята, это 70-е, эпоха классического «Дип пепл»!

Стив Морс: «Очень часто Иэн Пэйс говорит, что нам нужно что-то большое, песня с эдаким темпом и чувством. Кому-то нужно предложить тональность, ритм, настроение, чувство, и гарантирую, что через несколько секунд у меня появятся некоторые варианты.

Песня сочинилась, когда мы работали в Испании. Повторяющийся основной органный рифм очень полюбился Дону, так что мы использовали его. Это практически очень простой, стандартный гитарный рифф, пока не поднимается на ступень в части Б. Припев — нечто такое, что нужно выкрикивать всей группой (смеется), мы о таком и не думали, но так уж вышло. Боб подталкивает нас к подобным штукам. Он кто-то вроде закулисного писателя.

Дон много работал с Рэнди Роудсом (гитаристом Оззи Осборна), наверное, я думал о нем, когда сочинял соло, в последней части, когда сделал его достаточно устойчивым, чтобы запустить двумя параллельными дорожками. Оно вырастает из случайно пришедших в голову идей в что-то более сложносочиненное. Рэнди, мне кажется, всегда так делал».

«Бади лайн» («Линия тела»)

«Ночь напролет смотрел, как ты танцуешь, твои ноги просто бесконечны».

Легкомысленный ненапряжный свинг начинается с соло на ударных, оттененного гитарными мазками — очень похоже на «Розас кантина» с «Пепендикьюлар». Общее беззаботное настроение сохраняют два соло — гитарное и сменившее его клавишное.

Стив Морс: «Главный рифф пришел в голову мне. Я предполагал сделать его с духовыми, но в конце концов мы решили исполнить его силами группы. Изначально я представлял себе, как духовая секция Стиви Уандера играет эту свинговую фразу, но в любом случае звучит она здорово. Поначалу я думал, что чуток переборщил с джазовостью, но Иэн Пейс отлично вписался в нее, а у Роджа получилась удобная басовая линия. Мы все любим свингующую музыку.

Хочу отдать должное Иэну Пейсу. Можно было подумать, что рок-ударник не прочувствует это, но он понимает эту тягучую, выкрутасную, фанковую тему и играет ее великолепно. Для меня играть ритм большое удовольствие. Клево искать, какую часть сакцентировать, а какую выбросить.

У Дона отличный слух, так что он испробовал несколько разных партий. Мы поимпровизировали с ними, он старался оставить место для моей игры, а я — для его. Это великолепное состояние взаимодействия.

Мое соло тоже довольно свинговое. Я записал его вживую и переделал дома в студии. Как обычно, я дал Бобу три версии на выбор — знаю, что ему никогда не нравятся мои первые подходы (смеется)».

«Эбав эн бийонд» («За гранью»)

«Задерни занавеску, помаши мне рукой, подыми руки и погляди в небо».

Пружинистое органное вступление неожиданно сменяется чуть ли не фолковой песней в духе «Зе Эвийэтор». Композиция оставила у меня ощущение недосказанности, будто что-то и вправду осталось «за гранью». Слова «соприкоснувшиеся души навеки сплетены» Гиллан посвятил покойному Лорду, сочинив эту песню после похорон друга.

Стив Морс: «Я решил, что здорово будет сочинить что-то симфоническое. Я сказал: позвольте мне рулить музыкой. Темп почти сопал с тем, что был у меня на демо-записи, что здорово — редко так получается. Я запустил демо в миди-формате для ритма, вроде драм-машины. Иэн взял его и заставил работать куда лучше: оно зазвучало более естественно, но он сохранил загадочные бэк-биты по малому барабану, это непредсказуемо.

Роджер сделал то, что я представлял и на что надеялся. Каждый внес свой творческий вклад. Она многослойная. Я записал шесть или восемь гитарных партий для куплетов, и Боб использовал их все. Сначала я думал, что гитары будет видно, но не слышно, но он пошел до конца. Я сыграл малюсенькое соло в конце, эта песня не очень подходит для сольных запилов».

«Блад фром э стоун» («От козла молока»)

«Ты сдираешь плоть с костей, ты надоишь молока от козла».

Тягучая мрачная композиция с легким налетом лаунжа, лишь припев добавляет тяжести и веса. Хорош Дон Эйри с хрустальным соло на вурлицеровском органе.

Стив Морс: «Наша сонная. Это была одна из наших простых импровизаций, эдаких хендриксовских. Я думал, что этого не хватит для песни, но иногда приходится мыслить проще, если делаешь фундамент, на котором будут строить другие. Группа хотела поработать над этой песней, и я решил дать им, что потребуется для достижения определенных результатов, так что я старался удержать свои задумки от чрезмерных сумасшествий.

Там есть отличные кусочки на Доновом Вурлицере. Песня немного походит на „Райдерс он зе стом“, так что это правильный подход. Иэн Гиллан превзошел сам себя.

Я немного сыграл слайдом — три фразы — а затем перешел на пальцы. Соло очень мелодичное, дэвид-гилморское. Это влияние Боба: он работал с Дэвидом и множеством других великих мелодистов. Он удерживает меня от излишних отжигов: вращает глазами и изрекает: „Морс…“. И это все, что ему приходится сказать (смеется)».

«Анкомон мэн» («Незаурядный человек»)

«На вершине холма, рукой подать до неба — славный день, и он идет во весь рост».

Я считаю эту песню главной на альбоме. Она тоже посвящена Джону Лорду, бывшему поистине незаурядным человеком.

Иэн Пейс: «Джон был тем, кого называют „типичным английским джентльменом“. И для него было важно производить на окружающих именно такое впечатление. Очень вежливый, галантный, обходительный, однако упрямый, когда дело касалось музыки».

Иэн знает, что говорит — никогда не забуду благородного седовласого господина, сдержанно сидевшего на сцене зала «Россия», а потом заставившего маленький концертный орган звучать нежно как флейта и рычать, словно зверь.

Песня начинается с пронзительной гитарной мелодии, в духе «Контэкт лост» с альбома «Бэнэнас», оттененной осторожными клавишными. В конце мелодия становится тревожной, и нагнетенное напряжение разрешается фанфарным приветствием, живо напомнившим композицию группы «Эмерсон, Лейк эн Палмер» «Фэнфэ фо зе коммон мэн» («Фанфары заурядному человеку»). Песня звучит торжественно словно гимн и прерывается на деликатное, утонченное соло на хэммонде, совсем в духе Лорда.

Стив Морс: «Одна из моих любимых. Мы с Доном большие поклонники Эрона Коупленда. Дон начал играть рифф в духе Эрона Коупленда, и я сразу встроился. Для обоих это было совершенно естественно, нам было очень удобно работать над этой песней вместе.

Кстати, Дон еще очень любит Яна Хаммера и «Махавишну оркестра», так что у нас общие источники музыкального вдохновения, то, о чем мы можем говорить с большой страстью.

Начинается она с импровизации, виноват в этом Боб. Он услышал, как мы джемуем и сказал: «Великолепно. Хочу, чтобы вы это сделали. Просто играйте». Так что это мы записали с первого подхода. Было хорошей идеей оставить ее как есть — я думал, что из нее получится отдельная вещь, но она подошла к этой песне.

Соло такое мелодичное, что я хотел использовать его где-то еще. Но Боб сказал: «Пусть оно будет там, где случилось, и пусть оно будет потрясающим».

«Апре ву» («После вас»)

«Все должно было идти как по маслу, пока мы не сорвались с тормозов».

Божественная вещь, в ней «Дип Пепл» раскрылись на полную — тут вам и внятный ключевой рифф, и сочнейший бас, и виртуозная работа с ударными, и дуэль «гитара-клавишные», и вызревшее пение Гиллана. А драматические «струнные»?! А спецэффекты, осовременившие звук?!

Стив Морс: «В этой песне есть хорошие фразочки. Она родилась в Германии как инструментальная импровизация.. И опять благодаря нашему с Доном общему музыкальному фундаменту — „Арджент“, „Дженезис“ и даже „Дип Пепл“. Мы любим вещи, в которых гитара и орган работают вместе.

Рифф тоже совместного сочинения, еще один отличный пример, как все трудились вместе и сделали что-то с нуля.

Там есть клевые переклички клавишных и гитары. Боб поддержал нас в этом, сказав: „ОК, парни, не торопитесь. Дайте этому произойти“. Когда мы делали аранжировку, он стоял с нами, вроде как в центре круга, и дирижировал. Дон задавал тему на струнных или цитату из своих классических источников вдохновения, а я отвечал на нее. Это тот самый музыкальный пинг-понг, который мы играем на концертах

Там есть довольно насыщенная унисонная линия, которую мы прорабатывали до конца. Мы с Доном считали ее великолепной, а Иэн и Боб банальной (смеется). Ну, это жизнь».

«Ол зэ тайм ин зэ уолд» («Все время на свете»)

«Иногда, в погожий денек, я сажусь и размышляю. Иногда я просто сажусь».

Баллада. Пожалуй, самая доступная для неподготовленного слушателя песня — при этом высший класс сочинения и исполнения остался на месте. Можно не заметить с первого раза, но мелодию тащат за собой ударные Пейса.

Иэн Гиллан: «Когда я был помоложе, у меня в саду работал пожилой человек. Бывало, он усаживался под дерево — в перерыв на ланч, чтобы съесть свой сэндвич, — и, когда уставал, просто сидел там и дремал. Однажды он поделился со мной поговоркой, которую узнал от своего отца, а тот — от деда. „Иногда я сижу и думаю о чём-то. А иногда я сижу просто так“. И я подумал — какая красивая мысль! Просто сидеть и ни о чём не думать — кажется, это легко, а на самом деле практически невозможно. Так могут либо те, кто достиг больших высот в медитации, либо те, кто чувствует себя единым целым с природой».

Стив Морс: «Дон и Иэн Пейс могут перейти к любому настроению, какое захочешь — и Роджер тоже — так что всем легко встроиться и импровизировать. Меня всегда удивляют стихи, которые получаются; они никогда не случаются, пока не закончена музыка.

Роджер рассказывает забавную историю, как они с Иэном работали над стихами, когда Боб был в комнате. Они были в будке звукорежиссера, Роджер и Иэн с одной стороны, а Боб все время с другой. Он уткнулся в журнал, но, думаю, слышал, о чем они говорят, и, даже не подняв глаз, сказал: „Мне это не нравится!“ (смеется). Однако это избавляет от многих сложностей.

Сочинить соло к этой песне было здорово. Так легко играть поверх ритма этих парней. Должен заметить, я просто кайфую от той части моей работы, которую составляет игра на гитаре».

«Винсент Прайс»

«Хочу, чтобы на жертвенном камне вопили семь дев, выли собаки, скрипели двери и еще зомбей».

Уххаха-а-а! Элис Купер и Оззи одобряют! Даже найтвишевский «Скертейл» передает привет. Словом, песня про звезду фильмов ужасов получилась по-настоящему страшной. Аж жуть. Органное вступление, тревожный хор, призрачно завывающая гитара, зловещий вокал Гиллана, звон цепей и скрип дверей — мужики хорошо повеселились.

Стив Морс: «Эта песня сжатая и жуткая. Мне нравится, как Дон открывает ее своей отличной клавишной темой для ужастика. Кстати, он играл музыку для немых фильмов, так что на этом он собаку съел.

Рифф подсказал стихи и название для песни. Иэн любит приперчить и не заморачиваться, где можно, так что он пошел в этом направлении. Он не тот парень, который станет пытаться быть „металлистом“. Рифф однозначно тяжелый, и ладно.

Соло довольно незамысловатое до самого конца, где я гармонизировал арпеджио простым кусочком. Оно ощущалось немножко простоватым, так что я подперчил его. Оно вроде как сползает из соло в мелодическую линию. То, что звучит как терменвокс, на самом деле слайд-гитара. Боб живет в Нэшвилле, пришел его друг и сыграл на ней».

Мне альбом понравился на твердейшие 9 из 10 баллов. Реально это самый интересный диск нового состава. Вернейший признак классной работы — то, что она провоцирует на собственное творчество; и у меня, вовсе не музыканта, в голове второй день крутятся всевозможные импровизации и аранжировки в духе «Нау уот?!».

Да что там — даже по компьютерной клавиатуре стараешься стучать также ловко, легко безошибочно, как Дон Эйри.

Кому диск может не понравится? Любителям классического рока, не скажу «попроще», скажу — «более прямолинейного». За чистым тестостероном нужно идти к «Эйси-диси» или «Чикенфут».

Любителям «Дип Пепл» эпохи «Машин хэд» и «Ин рок». Не верьте промо-надписи на обложке, на классические альбомы новый диск похож уровнем сочинения и исполнения, а вот стиль совершенно другой.

Остальные — ждем осени, идем на концерт и мечтаем о следующем диске: группа не собирается оставаться на достигнутом.

«Байошок Инфинит» мощно шандарахнул по миру компьютерных игр. Журналисты щедро отвешивают высшие баллы. Игроки взахлеб обсуждают концовку и жгут на кострах недовольных.

Я прошел игру. Я прочел и посмотрел мнения «за» и «против». Я уверенно заявляю — игра отличная.

Небесная мясорубка

Забудем на время про голубые глаза Элизабет и такое же небо Колумбии. Мы пришли сюда, чтобы стрелять! Чтобы снова победить тысячу-другую врагов, превосходящих нас во всем, кроме смекалки и реакции.

Помню то чувство «ну все, ща мы их научим жить», когда отыскал снайперскую винтовку и предвкушал неторопливый отстрел врагов из-за укрытий. Подбежавшая ко мне группа товарищей в форме была другого мнения. На мое нежное брюшко довольно невежливо посмотрел полицейский обрез. Возмущенный, я подпрыгнул и повис на рельсе местных воздушных трамваев. Пока сотрудники правопорядка обсуждали тактику и стратегию, я сменил снайперку на пистолет и упал на самого наглого. Тот тоже упал, но уже за борт в облака. На оставшихся ушла целая обойма.

Под вопли и выстрелы жаждущих мести коллег убитых я подобрал автомат (снайперка полетела прочь), краем глаза засек вспышку и с пылающим задом припустил к следующему укрытию. Привстав, натравил на любителя пошвыряться огнем стаю злобных галок и безжалостно прошил очередью, пока его клевали и позорили с воздуха.

Отчаянный рывок за аптечкой остановила очередь из турели. Дело пахло керосином и этот запах придал мне мужества. Помню глаза молодого копа, с щенячьим энтузиазмом прибежавшего добить меня. Я натравил на него девушку из зеленого воздуха, которая быстро и доходчиво растолковала ему, какой я хороший и что самое время объявить джихад турели.

Пока он гордо, в полный рост, расстреливал несчастный механизм из дробовика, я шмыгнул в проулок, где заманчиво переливалась аптечка первой помощи…

[embedplusvideo height="478" width="800" standard="http://www.youtube.com/v/z-YomQ6csUg?fs=1&hd=1"]

 

Перестрелки в «Байошоке» не раздражают и не дают расслабиться: хочешь жить — умей запрыгивать на верхотуру, делать ноги, вовремя менять оружие и применять сверхспособности. Эти вообще радуют глаз: подвесишь негодяев в воздухе «Взбрыкнувшим мустангом» и стреляешь, пока те ножками дрыгают…

Эти механизмы были созданы «Автотелами Беттермена», чтобы помочь инвалидам Колумбии вернуться к обычной жизни и, с технической точки зрения, даже вечной. Однако за это пришлось заплатить обитанием в огромных и несуразных телах. Судя по их крикам, они терпят страшную боль и не могут уснуть — похоже, «Автотело» работает совсем не так, как рекламировали.
Вики-статья об Умельцах

Пройти всю игру с одним стволом нереально, но право на выбор есть: хочешь, здоровье укрепляй, хочешь — щит-от-пуль-защитит, а то вложись в способности и терзай противника не просто, а со спецэффектами. Ну и на пушки навинтить всякие полезности можно, знай бабла не жалей.

Словом, стрелялка вышла бодрая и яростная. Прозанудствовать, укрывшись за помойным ведром и хедшотя компьютерных болванчиков она не даст: сидишь как на иголках, остервенело жмакаешь геймпад, цедишь сквозь зубы всякое и радуешься жизни как теленок.

Огорчений боевая составляющая игры почти не доставила. Исключение — бой с призраком. На мой взгляд, он не сбалансирован и, чтобы пройти его на сложности ранга «хард» и выше, нужно много везения. Пришлось снизить до средней, что поцарапало гордость и лишило каких-то там достижений в Стиме.

Да-да, там еще и боссы есть. Движущаяся статуя Вашингтона, бесстрашно поливающая все из пулемета под вопли а-ля «Господь прощает, я караю» кажется весомой причиной менять портки? Призадумайтесь о здоровенной механической горилле, умной, опасной, практически неуязвимой и с дурацкой привычкой пускать ток по тем самым рельсам, на которые вы уже привыкли прыгать в случае полундры.

Нет, я не заспойлил самого сильного противника.

Сюжет

Ты — Букер Девитт, и тебе не надо спасать мир. Ты вылетевший с работы за рукоприкладство сыщик, в прошлом — солдат, сегодня — алкоголик, игрок, должник. Должник такого человека, которому не платить не получается. И в качестве уплаты ты отдал свою дочь Анечку. Жена была не против, она умерла при родах.

Спустя 20 лет загадочный незнакомец, решивший вопросы с долгом, предлагает вернуть дочь — как водится, в обмен на услугу: привезти из некоего города Колумбия в Нью-Йорк девочку Лизу .

А Колумбия в буквальном смысле слова витает в облаках. Не волнуйся — успеешь вдоволь надышаться свежим воздухом, насладиться красотой и покоем. Даже фанатики, почитающие святых Вашингтона, Франклина и Джефферсона, не слишком смутят. Вот только странный человек, поручивший тебе сопроводить девочку, пристает со своей сестрой-близняшкой! Гляди-ка — монетка у него 123 раза из 123 на орла падает, и вроде как оно и правильно.

Но пока гуляй по ярмарке, стреляй в тире, смотри кино, можешь вон в лотерею сыграть. Но не запали перед полицией татуировку на руке — «A. D.»! Эх-х, ну что ж ты, братец…

Почему эта девочка особенная? Подозреваю, что дело не сколько в том, кто она такая, сколько в том, кем она не является. Маленькая часть ее осталась там, откуда она появилась. Похоже, Вселенная не любит смешивать бобы с овсянкой.
Из голосового дневника Розалинды Лютес, специалиста по квантовой физике

Теперь придется побегать: от задворков небесного города до самой верхотуры, где живет второй после Бога — местный пророк Комсток. Покамест умолчу, чем вся история обернется, кем ты был и кто ты есть. Но приготовься внимательно следить за сюжетом и вместе с тысячами игроков со всего мира поломать голову над развязкой. Советую освежить знания по религии, истории США и квантовой физике.

Кое-кто из прошедших игру ворчал, что она слишком американская — все эти отцы-основатели и угнетенные негры не интересны остальному миру. Дело вкуса: меня это совершенно не напрягло. Во-первых, в таком сюжете есть логика, ведь Колумбия висит над США. Во-вторых, эта тема лишь повод поднять вечные вопросы о бедных и богатых — и ответ на них совсем не однозначный. А стало быть, и не ответ.

Мутную атмосферу непоняток и огорчение от того, что все обзывают тебя «Ложным пастырем» скрасит лазурью глаз своих…

Элизабет

За этого персонажа я стоя аплодирую авторам «Байошока». Это стопроцентное попадание. Она прямая наследница Аликс Вэнс из «Хаф-лайфа» и она превзошла свою предшественницу.

Как правило, «девочка, которую надо спасать» в компьютерных играх подразумевает туповатое существо, вечно отстающее, застревающее в текстурах, лезущее под выстрелы. По сюжету, ее надо беречь. На деле ты сквозь зубы благодаришь цензоров, не разрешающих убивать детей в играх.

Но самый прожженный скептик и зануда не успеет пистолет перезарядить, как Элизабет покорит его. Она всегда рядом и никогда не мешает. Больше того — она помогает! То монетку найдет, то патроны, или жидкость полезную. И в бою, и в минуту затишья: не хныкает, не жалуется и мечтает увидеть Париж.

Кто из малышей не спит?
Вот Певун к ним прилетит.
С неба сбросит шалунов,
Чтоб уснули вечным сном.
Кто-то очень много врал
И костей он не собрал.
Местная колыбельная.

При этом она совсем юная девушка, метр семьдесят, всю жизнь просидевшая взаперти: с любопытством оглядывается вокруг, грустит об убитых, болтает о всяком, ведет за собой. Немножко испуганная, неможко недоверчивая. Непринужденная. Женственная. Чистая — не из тех персонажей, о которых можно допустить сальную мыслишку.

Я взрослый человек, счастливый любить живую и прекрасную девушку. И не постесняюсь сказать, что проникся к Элизабет самыми теплыми чувствами. Что ожидает менее устойчивых граждан — страшно и подумать.

Декорации

Граждане с застарелым гастритом не преминули обругать графику за «мультяшность», поскольку в КАЛ ОФ ДЮТИ типа фотореализм. Оставим их спасать мир от русских и вознесемся под облака.

Показываю скриншоты, сделанные большей частью по случаю. Оцените сами проработанность мира — не просто много мелочей, каждая из них на своем месте, каждая что-то да значит. Оцените безупречный стиль американской промышленной революции — старик Жюль Верн прослезился бы. Волшебную работу со светом, он совсем настоящий. Такой, как и должен быть под безоблачным небом чуть ближе к солнцу.

И даже в суматохе, которую вызовет побег Элизабет, город продолжит жить. Вы успеете станцевать на пристани и спеть под гитару бедному негритенку, побываете в музее индейских войн и… ну вот, я даже устал перечислять.

Кстати, о пении и вообще о звуке. Реалистичными выстрелами сейчас никого не удивишь. Но прислушайтесь к городу в минуту затишья. Вы услышите, как свистит ветер, как скрипят и покачиваются гигантские воздушные суда, на которых стоят городские кварталы. Звук не даст вам забыть, что все это время вы высоко в небе.

Приговор

Я просидел за «Байошок Инфинит» до 4 часов утра, чего не позволял себе аж с выхода второго «Ведьмака». Это жаркий шутер с серьезным сюжетом в живом и сложном мире — аналогов на рынке попросту нет.

Пока рано говорить о значении для жанра в целом: не улеглись эмоции, да и дополнения обещаны. Впрочем, вряд ли они будут продолжать историю: она завершена, и завершена так, что не в сказке сказать, ни пером описать. Потому что спойлер будет. Пока — 9/10.

Играйте в этот шедевр, и если вам совсем не понравится — искренне сочувствую.

Элли там не обижайте, ОК?

Я понял, что блог мне больше не нужен.

Я не хочу писать регулярно, как блоггер, и уж тем более вести дневник в Сети. А формат блога подразумевает именно это.

Да, иногда мне нужно поделиться впечатлениями. Если это новость — достаточно короткой записи во «Вконтакте» или «Гугл плюсе». А если мои собственные мысли, то зачем их привязывать к дате?

Итак:

• Новости — «Вконтакте» и «Гугл плюс». Люблю второй, общаюсь в первом, такие вот реалии.
• Мысли — скорее всего, прямо в «Гугл диске», а ссылки всем интересующимся.

Планы:

• Объединить серию про скайримскую иллюзионистку в одном документе.
• Превратить lexmirnov.ru в домашнюю страницу. Да-да, вот такой олдскул :-) На ней будут ссылки на профили в соцсетях, и, конечно, на те самые «мысли».

Курган Промозглых Водопадов

Я помнила его! И вроде бы он был недалеко. Я вскочила на Сару Невероятную Лошадь и легким галопом поскакала в горы.

Курган отыскался довольно быстро. Я подбежала к воротам и встревожила нескольких разбойников. Стоило мне соскочить с лошади, как один из них помчался на меня, выкрикивая почему-то: «Ты победила! Сдаюсь!». Из-за каменного столпа материализовался Белранд и разрубил его пополам. О, привет, Белранд.

Тот уже принялся за следующего разбойника, и совсем некстати этим же занялась Невероятная Лошадь. Я заметила, что один из бандитов целится в нее из лука и пульнула в него зарядом Успокоения. Он убрал лук и ушел прочь, чтобы подумать над своим поведением. Сара отступила и пнула еще одного разбойника, а Белранд его прикончил. Мы зашли внутрь.

Я разъярила нескольких разбойников и крыс, чтобы те поубивали друг друга, а Белранд прикончил выживших. Беда была в том, что мы находились в логове гигантского паука — ну, не совсем в логове, но туда вела галерея, затянутая крепкой паутиной.

Иллюзии тут не помогали, и я задумалась, позволяют ли мои правила пнуть ее. Я попыталась уговорить на это Белранда — мы же можем что-то приказывать спутинкам. Но, показывая на паутину, я могла лишь дать ему задание пройти через нее.

«Ага, понял» — ответил он своим развеселым нордским говорком, направился прямиком в паутину, остановился, оглянулся и сказал: «Нет, не могу. Невозможно». Ну, мужик, спасибо, что хоть попробовал.

Мои самоограничительные правила гласят, что я не могу «непосредственно ранить кого-то или что-то». Под «чем-то» я разумела всякую нечисть, но, вроде как, паутина тоже «что-то». Можно ли «ранить» паутину? После долгих философских раздумий я решила, что нет, и порвала ее.

Паук-гигант не обратил на нас внимания — мне хватило способностей умиротворить его заклинанием, пройти мимо и завести разговор с эльфом, застрявшим в паутине на другом конце пещеры. Ему хотелось выбраться, и его можно было понять. Я осторожно порвала сети вокруг него, стараясь не задеть самого эльфа, и он незамедлительно сбежал. Белранд помчался за ним, а я за Белрандом.

Когда я нагнала их, они дрались с нордами-зомби в склепе. Я пробежала мимо и ненароком наступила на камень, после чего из стены вылетела железная решетка, сбившая с ног и вора, и зомби. Оп-па! Ну, может, это и не магия Иллюзии, но и не «непосредственное причинение вреда».

Я надеялась было пробежать через последнюю комнату и выбраться наружу без лишней суеты, но, к сожалению, нам кое-что было нужно от обитавшего там драугра-карателя. Белранд с улыбкой до ушей ушатал его, а я помогала напарнику держаться на ногах, подпитывая его Храбростью. Драург — это зомби, и магия Иллюзий на него не действует.

На трупе драугра я нашла Драконий Камень, нужный ярлу. В склепе также обнаружилась двуручная секира с солидным уроном и зачарованием на поражение холодом, ее я передала Белранду и тот с энтузиазмом повесил ее на спину. Снаружи нас ждала Сара, и мы поскакали в Вайтран.

Они обнаружили дракона. Хотят, чтобы я помогла им убить его. О боже.

Дракон

Я припарковала Сару на вершине холма, на безопасном расстоянии, и направилась к сторожевой башне. Не дойдя до нее, остановилась и осмотрела окрестности. У меня появилась идея. Я нашла то, что искала, и продолжила свой путь.

Стражники только-только прибыли, Белранд был рядом. Я подождала, пока не увидела самого дракона — он кружил высоко в небе — и приступила к исполнению своего плана. Я убежала.

Я неслась через грязную высокую траву прямиком к огромному костру недалеко от городских стен. Я знала, что найду там, когда увидела его отсвет на горизонте минуту назад — несколько косматых мамонтов и двух великанов-пастухов.

Я подбежала к мамонту и принялась приставать к нему, прыгая вокруг. Ближайший великан заревел и сердито замахнулся на меня дубиной — но не напал. Это не есть хорошо. Я продолжала доставать мамонта, танцуя в опасной близости от великана, но безуспешно.

И вот меня нагнал Белранд и с ходу набросился на великана. Ах ты ж блин. Я это не учла. Я сделала единственное, что, на мой взгляд, могла — наложила на великана Успокоение. Заклинание не сработало, но от его прикосновения великан впал в ярость, отвернулся от Белранда и напал на меня.

Белранд вонзил свою двуручную секиру мороза в его ногу, но тот продолжал приближаться ко мне. Я была готова сорваться и убежать, когда второй великан подобрался к Белранду, замахнулся дубиной и впечатал его в землю.

Белранд упал замертво, а затем, по велению скайримской физики, ракетой полетел в небо. Он взлетел выше дракона, превратился в еле видимую точку в небе и, наконец, совершенно исчез. Потрясающе! Я убежала.

Когда я, наконец, осмелилась на мгновение оглянуться назад, великан все еще гнался за мной, но второй к нему не присоединился. Насколько я могла видеть, тело Белранда еще не упало.

Я бежала к сторожевой башне в надежде, что все же смогу выполнить свой план: заманить великана поближе к дракону, подставить его под перекрестный огонь и посмотреть на битву титанов. Но план провалился из-за того, что в любом другом случае было бы отличным известием — дракон замертво рухнул с неба. Его убили. Я так долго подманивала к нему великана, что стража убила его без меня.

По делу, мне следовало бы увести от них разозленного великана, но у меня не оставалось выбора: на быстрый бег сил не было, и он с каждой секундой нагонял меня. Я бежала к башне.

Стражники, в восторге от своей победы, орали и радовались, когда я подбежала к ним. Они вскинули луки.

Привет, парни! Я, эээ, привела великана?

Великан

За моей спиной прошелестел дождь из стрел, и я взобралась на кучу хлама, чтобы великан не достал меня. Я посмотрела, бежит ли он за мной и увидела, как он раздавил стражника как пустую жестяную банку. О боже. Прости, стражник.

Великан топал ко мне. Я все еще не отдышалась и не могла бежать, да и бежать было некуда, так что я попросту шмыгнула за башню. Его шкуру продырявило еще несколько стрел, а он все продирался ко мне — и к остальным стражникам. Вроде бы неплохо, но он ворвался в их ряды и принялся крушить их одного за другим.

Я сделала единственное, что могло бы разозлить его больше, чем физическая травма: попробовала успокоить его. Он развернулся и побежал ко мне. Еще кружок вокруг башни!

Я немного побегала от него, потом обернулась. Он не гнался за мной. Он нашел Ирилет, ярлова хускерла, и старательно превращал ее в фарш. Она не могла умереть «до конца», потому что необходима по сюжету игры, поэтому он снова и снова сбивал ее с ног, вколачивая в землю каждый раз, когда она пыталась подняться.

Меня не оставляло чувство, что я отчасти виновата во всем этом. Я разуспокоила его еще раз и он погнался за мной.

К концу третьего круга вокруг башни от отряда стражи осталось всего 2 человека и хускерл снова стояла на коленях. Великан занес над ней дубину, в него вонзились еще две стрелы и, пошатнувшись, он упал замертво.

Я пришибленно поглядела на двух выживших стражников и обобрала труп.

Дракон упал далеко от башни, и я собралась было добежать до него, когда стражник, убивший великана, остановил меня.

«Эй, я тебя знаю». О боже. Ну не сейчас. В этом округе за меня была назначена награда, хотя я не помню, почему. Я предположила, что он ошибся.

— Нет, я не ошибся. Ты в розыске, и пришла пора расплаты.

Я просвистела все средства на Сару Невероятную Лошадь, и главные мои ценности — зелья здоровья — украдены. Попасть под арест прямо сейчас было бы очень, очень некстати.

Но вот те на, в диалоге был вариант, которого я раньше не видела. Я испробовала его:

— У меня нет на это времени. А у тебя?

Стражник ответил:

— Знаешь, что? Не хочу мараться. Пусть этим займется кто-нибудь еще.

Тьфу ты.

Я почти добралась до драконьего трупа, когда снова остановилась. В кустах было что-то яркое. Призрак… волка. И мужик c гримасой Джона Малковича рядом с ним. Белранд?! Едрить-колотить, мужик! Да сколько ж в тебе здоровья? И когда ты упал?

Мы потрусили к дракону вместе, и он растаял у нас на глазах. Я распихивала золото и драгоценные кости по карманам, когда его душа впиталась в меня, выдавая городу и миру, что я — Драконорожденная, единственная надежда на спасение Скайрима.

Бедный Скайрим.

Ульфрик

Ярл Вайтрана пел мне дифирамбы, именовал своим таном и вручал мне собственную секиру. Я мечтала, чтобы он заткнулся. Все, что мне было от него нужно, это прочесть письмо от генерала.

Наконец, он это сделал. «Доставь мою секиру Ульфрику Плащу Бури в Виндхельме» — ответствовал он. — «Он узнает, чего я стою».

Ярл, думаю, что мое начальство в Имперском Легионе согласится со мной — тебе пора научиться разговаривать с людьми. Отправить кому-то секиру — на редкость неэффективный способ общения.

Я ворчала всю долгую и скучную дорогу до Виндхельма, через половину Скайрима. Когда я прибыла на место, сползла с Сары и ввалилась в большой зал Ульфрикова дворца, то выразила все свои мысли об их культуре, раскидав посуду с банкетного стола перед троном.

— А ты храбрая! Доставить такое послание… — заявил Ульфрик. Ты имел в виду, сдохшая со скуки? Мне скучно доставлять такие послания. Может, усталая? Оно довольно тяжелая. Вместительная? До конца не ясно, куда я его засунула по дороге.

— Верни ее и скажи, чтобы ожидал гостей. Скоро Вайтран забегает.

Да ты шутишь. Беседа не просто будет состоять из доставки секир туда и обратно, это будет одна и та же секира? То есть как:

— Штука.

— Та же штука.

Разве не ты убил кого-то криком? Разговаривай криками! Убивай секирами! Вашему народу следует хорошенько разобраться либо с обычаями, либо со словарем.

Не-не, все хорошо, я отправляюсь.

Предсказуемый ответ

Еще один длиннющий путь. Еще раз к воротам. Еще раз в тронную залу. Еще один разоренный стол, разбросанные повсюду кубки и жареная семга.

Ярл:

— Я знал, что его ответ будет таким.

Ну клево. Мое время, блин, тупо улетело куда-то в задницу, да?

Вбежал гонец и завопил, что Плащи у ворот. Ух ты. Похоже, я умудрилась упустить из виду целую армию, скакавшую за мной по дороге из Виндхельма.

— Так тому и быть! — закричал ярл. — К бойницам!

Мы рванули наружу, но меня остановил страж.

— Стой, я тебя знаю. — О нет, опять это. — Ты в розыске!

Награда за мою голову — 2 золотых, я все еще не знаю, за что, но сейчас на арест нет времени. Я объяснила ему, что ярл только что сделал меня таном, и, быть может, эти два слова несколько возносят меня над законом?

Так и есть! Отлично.

Пока мы бежали, встрял еще один стражник: «Ищешь, где бы поохотиться? Берегись Голеноломного перевала». Хорошо. У нас тут… у нас тут война пока.

Битва за Вайтран

Был ранний вечер, и дым — может даже, туман войны — лег на улицы плотным одеялом. С неба сыпался дождь из пылающих снарядов. И, как и каждый раз при выходе из Вайтрана, я перепутала дорогу и уперлась в загон для коров.

Когда мы, наконец, вышли из ворот, я вскочила на Сару и поскакала навстречу наступающей армии. Свистели стрелы, имперцы и вайтранцы бросились в бой, и на секундочку показалось, что я понимаю, что творю.

Подскакав к врагам, я, конечно же, ничего не смогла сделать, поэтому развернулась и погарцевала назад за спины парней, которые были готовы драться по-настоящему.

Оставив Сару в сравнительно безопасном месте, я принялась за заклинания. Сначала я пробовала разъярять врагов, чтобы те нападали друг на друга. С этим возникли нелады: Ярость работает не совсем так. Разъяренные враги попросту нападают на тех, кто ближе всего к ним, и, как правило, это была я.

Другая проблема была в том, что в вечернем полумраке отличить стражей Вайтрана от врагов было сложно, и частенько тот, кого я зачаровывала напасть на меня, был одним из наших солдат. Я привыкла к тому, что не самая полезная в бою, но тут я была почти так же старательно бесполезна, как в том случае с великанами.

Все вокруг меня занимались своим делом: легат Рикке орала на солдат, солдаты крутились и протыкали врагов ужасными смертельными ударами, враги умирали на славу. Я, со своей стороны, была почти мертва и запас зелий здоровья иссяк, так что я переключилась на подбадривание наших воинов. По крайней мере, даже если я и попадала не в того, все равно от заклинания толку мало.

Генерал

Дела начали складываться не в нашу пользу: появилось сообщение, что мы потеряли разводной мост и нужно защищать укрепления, и немедленно еще одно, что укрепления мы тоже потеряли. Как ни странно, Белранда нигде было не видать. Похоже, он задержался на выходе из города, а теперь ворота будут заперты, пока нападение не окончится.

Я проводила стратегическое отступление и наткнулась на полуголую женщину, причем одетая половина была медведем. Машинально успокоив ее, я сообразила, что это командир Плащей. Она расслабленно опустила лук и побрела через бойню. Два солдата Имперского легиона подбежали к ней и хладнокровно зарезали. Ура, я помогла!

Я принялась успокаивать других врагов — к этому времени мне хватило тренировок в Иллюзии, чтобы не считаться с расходом маны, и на этом этапе битвы я могла усмирить почти всех Плащей, прежде чем она закончится. Это было дурацкое зрелище: силы вторжения вдруг принялись бесцельно бродить по полю, делая вид, что им все равно никогда не был нужен наш дурацкий городок.

Наши немногие оставшиеся в живых воины проявляли больше энтузиазма. Они рубили ленивых Плащей Бури, и к тому времени, как заклинания выветрились, оставили в живых только троих. Я полезла в инвентарь за еще одним зельем здоровья, а когда вернулась в игру, прямо мне под ноги с неба свалилось здоровенное костяное чудище.

Пробрало до костей

После мгновения полного недоумения, я поняла, что это дракон. Я не сразу узнала его, потому что первым делом в землю врезался череп, а большущая тазовая кость по-дурацки раскачивалась в воздухе. Это не был дракон-скелет, это был скелет дракона. И, скорее всего, тот самый, которого стражники убили за меня у сторожевой башни. Что ему здесь понадобилось и почему он воспарил в небеса, я не имела ни малейшего понятия.

Осторожно отступив, я заметила, что Плащей Бури осталось всего двое. Я разъярила одного из них и он убил своего сотоварища. Когда действие заклинания прошло, он огляделся, увидел меня, имперских солдат за моей спиной, громадный скелет дракона на земле между нами и скрылся в ночи. Вайтран — наш.

Я возвращалась к городским воротам, остановилась на минутку, чтобы свериться с журналом и убедиться, что иду туда, куда надо. Когда я убрала его, гигантская куча костей свалилась мне на голову. Акатош со всеми даэдра! Снимите это с меня!

Придурковатый драконий скелет причудливо поерзал между мной и городскими воротами, после чего рухнул на землю. Это был тот же самый скелет, он падал на меня каждый раз, когда я открывала инвентарь. Этот глюк должен был напоминать мне, какой виноватой я должна чувствовать себя за то, что привела злых великанов в стражникам, убившим за меня дракона? Какой-то тяжеловесный символизм, даже для компьютерной игры. Мне и так не по себе! Не надо в буквальном смысле слова бить меня этим по лбу!

Драконотруп-символист милосердно прекратил свои нападения, когда я вернулась в Вайтран. Белранд, в этот раз бесполезный, был там и ожидал меня, а с ним и ярл. Он снова запел про то, какая я восхитительная, выдал мне еще одну секиру и сказал, что в знак его расположения позволит купить мне дом в Вайтране. Кхм, купить дом? Моя награда за спасение города — возможность купить дом по его цене? Я даже и не представляла, что мне была запрещена простейшая коммерческая деятельность.

Слегка обидевшись, я разыскала Сару Невероятную Лошадь и поскакала в ночь, а Белранд рысил следом. Мы должны были добраться до Солитьюда к рассвету.

Как смерть на голову

К рассвету мы доехали только до Лабирентена. Лабирентен — это засыпанные снегом развалины, которых я, как правило, избегаю, потому что все эти О БОЖЕ МОЙ СНЕЖНЫЕ ТРОЛЛИ! Я пришпорила Сару, обогнала тролля и попала на мост, который оказался тупиком.

Я посмотрела вниз. Лететь было далеко. Я посмотрела назад. Тролль был близко. Обогнуть его никак не получалось, не получалось даже слезть и швырнуть в него заклинанием. Белранда было не видать. И мы спрыгнули в пропасть.

Ударившись о землю, ни я, ни Сара Невероятная Лошадь не удержались на ногах. Я встала. Я постояла еще немного, глядя на свою хромую лошадку и надеясь, что она поднимется.

Но нет.

Белранд наконец-то нагнал нас, перепрыгнул через тушу лошади, остановился и безмолвно посмотрел на меня.

Тут подоспел и тролль, ковылявший по каменным ступеням, и странным образом тоже остановился. Он посмотрел на Белранда. Белранд — на меня. Я смотрела на Сару. Это было похоже на невероятную минуту молчания по этой глупой, бессмысленной потере.

Когда мы воздали почести павшей, я пошла прочь, и Белранд за мной. Тролль проследовал за нами. Внезапно они вспомнили, что должны драться и начали драться. Я успокоила тролля и грустно потащилась в Солитьюд пешком.

Бледноземье

В городе я заглянула к торговцу мелочевкой и продала драконьи кости, которые, может, даже и не приманят призрака-дракона-скелета, а на вырученные деньги купила новые заклинания: Страх, Воодушевление и Неистовство. Сказать по правде, это почти все, что предлагает нам Иллюзия, пока вы не достигнете 75 уровня и с ним Невидимости. Я неплохо подкачалась во время своих путешествий, но до таких высот мне еще далеко. Я даже не уверена, что мне хватит маны на него, ведь я не ношу зачарованных вещей.

В штаб-квартире генерал Туллий провозгласил, что «использовать меня как обычного солдата — неразумно». Если имелось в виду, что я бестолковая, то согласна! Он послал меня к легату Рикке — помочь с Бледноземьем, что, как я догадывалась, было названием области.

Покидая Солитьюд, я задумалась, не купить ли новую лошадь. Но нет, было слишком рано. Денег не хватало.

Я обнаружила Рикке высоко в горах, в одиноком имперском лагере посреди метели. Солдаты сгрудились у костра, раненые стонали в своей палатке. Как ни странно, в ней же, на столе, обнаружились два сильных зелья здоровья. Мы что, оставим этих ребят на произвол судьбу в трех футах от спасения? Разве они не знают, что зелья здоровья чудесным образом исправляют все?

Ну ладно. Если вам они не нужны, я их заберу. И те деньги, что нашлись в комоде. Значок «Взять» не был красным, так что с моральной точки зрения все в порядке.

Легат рассказала мне, что Бледноземье мы возьмем, отправив врагам выгодный для нас поддельный приказ. Мне поручили стащить настоящий, чтобы его можно было подделать. По правде сказать, все можно было сделать проще: насколько я поняла, эти люди общаются исключительно секирами. Надо было привезти им секиру, сказать, что она от Ульфрика Штормового Плаща, и они поубивали бы друг друга.

Согласно моим указаниям, я должна была выбраться из этого заледенелого и продуваемого всеми ветрами лагеря и отправиться прямиком в паб, а там ждать посланца Штормовых Плащей. Так то-о-о-очно!

Сосунки

Я плелась через горную метель, все еще до ужаса безлошадная, и тут заметила драку. Подбежала, чтобы успокоить кого-нибудь или всех сразу и обнаружила, что это солдаты Имперского легиона. Они сражались с отрядом темных эльфов в темных одеждах, и те победили, прежде чем я успела что-то сделать. Они обернулись ко мне. Я наложила на них Неистовство, но ничего не вышло: сообщение на экране объяснило, что «Вампир не подвержен Неистовству».

Вампиры! Мои Иллюзии на них не подействуют, ведь они живые мертвецы, и они даже владеют Иллюзией, которую не умею я: невидимостью. Правда, в тот момент они демонстрировали мне во всей красе заклинания Молнии и Высасывания жизни, и, чтобы выжить, мне пришлось выпить все свои зелья. Те два, что я стащила у умирающих солдат, и впрямь спасли мне жизнь.

В конце концов мне удалось запрыгнуть на ледяной гребень, где вампирам было меня не достать, и я была в безопасности. И тут кое-что пришло мне в голову. Я осторожненько свесилась с него и не менее осторожно позволила ближайшему ранить и высасывать из меня жизнь, пока не появилось сообщение:

«Вы заражены Вампирокровием».

За-а-а-ашиби-и-и-ись.

Пробуждение

Три дня я болталась с восставшими Плащами. ЭТО произошло первым же утром в Донстаре.

«Ваша кровь вскипает от пробуждающихся сил вампира». Экран запылал красным, затем взгляд прояснился. Я огляделась. Никто на меня не смотрел. Я переключилась в вид от третьего лица, рассмотрела себя: физиономия унылая, бесчувственная, мрачная, встревоженная — никаких изменений было не видать. И заклинания Невидимости, на которое я так надеялась, тоже — думаю, оно, как и все эти клыки, придет со временем.

С подозрением посмотрев по сторонам, я заметила командира Плащей Бури и передала ему поддельные распоряжения. Ему не составляет проблем принять приказ от первого встречного, и мы приветствуем такой подход.

Вернувшись в лагере, я начала понимать задумку. Перехваченный нами приказ был об отправке подкрепления в форт Данстед. Мы изменили их, чтобы подкрепления не отправляли. Так что теперь нужно было напасть на этот форт и вернуть себе Бледноземье. Опять-таки, Бледноземье — похоже, это было важное место. Я была готова умереть за него.

Надвигалась масштабная битва, решающая для всей этой области. Я решила немного повысить свои шансы. На практике это означало пятидесятисемичасовой сон на лежаке — два дня на взращивание вампирических сил и еще девять дневных часов, чтобы начать рано вечером и напасть посреди ночи.

Я проснулась с целым набором новых умений — пока что никакой Невидимости, но важная штука для любого иллюзиониста: увеличение силы всех заклинаний этой школы на четверть. Я отправилась в бой.

Форт Данстед

Когда я прибыла на место, войско собралось у стен. Было темно, яростная метель делала видимость еще хуже и форт окружали заслоны из кольев. Мы напали.

Вместо того, чтобы подпитывать наших солдат Храбростью, я решила попробовать более агрессивный стиль. Я пользовалась Страхом. Все, кого он задевал, пытались сбежать из боя, но, в отличие от действия Успокоения, это не мешало нашим солдатам рубить их на кусочки. Таким манером я вывела из строях троих лучников, потом пришлось ждать восстановления магии, и я скоротала время, погнавшись за своей последней жертвой и делая таинственные пассы руками.

— Я сдаюсь! — кричал он, убегая от меня в поисках укрытия. Я продолжала погоню, хотя никак не могла повредить ему. Посмотри на мои искрящиеся руки, солдат! И трепещи!

— Победа за тобой! — он скорчился в углу и закрыл руками голову, в ужасе от безоружной эльфийки в платье.

Тем временем, солдаты разрушили несколько заслонов и наводняли форт, сцепившись с Плащами во дворе и на стенах. Белранд метался среди них как буря, останавливаясь, чтобы покарать врагов убийственными взмахами его зазубренной секиры. Его волк-призрак был рядом и не менее дик — я видела, как он убил лучника и берсеркера.

Я снова занялась своим Страшным делом, отправляя вражеских солдат на смерть к нашим удобными, легко усвояемыми порциями. Все это заняло много времени, и я опять выпила все зелья здоровья, чтобы выжить в ливне вражеских стрел, но зато форт был наш.

Было разумным подлечиться, прежде чем отправиться назад, и, без зелий здоровья, это можно было сделать только поспав.

Оборот

Когда я проснулась, все было как обычно — пока я не прочла надпись: «Вы полностью сформировавшийся вампир, вас ненавидят и боятся». И тут весь Имперский легион набросился на меня. Ай. Тут пахнет неприятностями.

Белранд, за что я ему была несказанно благодарна, остался на моей стороне. Он призвал волка, вытащил секиру и прорубил дорогу через легионеров.

Я побежала — у меня не было зелий здоровья, а дождь из стрел был еще гуще, чем ночью. Я петляла по форту, пытаясь уклониться от них, и напоролась на два отряда моих бывших братьев по оружию. Каждому досталось по заклинанию Неистовства, и, благодаря большой зоне поражения, задело всех. Они принялись яростно мутузить друг друга, а я побежала прочь. Я хотела помочь Белранду, но бой был слишком ожесточенным. Я вскочила на лошадь одного из легионеров и ускакала под свист стрел.

Когда я оказалась вне их досягаемости, то развернула лошадь и обошла форт стороной. Из него по-прежнему доносились крики и звуки бойни, но на стенах никого не было, и я осторожно подобралась ко входу. Над коленопреклоненным Белрандом стояли два солдата. Я бросила в него Воодушевлением, шар зеленого света врезался в него, Белранд вскочил на ноги, сильнее и крепче, чем когда-либо.

Он срубил головы еще двум солдатам, потом подпрыгнул и обрушил секиру на последнего. Тело еще извивалось на снежном валуне, когда Белранд зачехлил оружие и подошел ко мне, ни говоря не слова. На лице его было написано: «Ну, как-то так».

Проблема

Мы в беде. И я говорю не про 18 убийств и одну кражу лошади, которые мы только что совершили. Я знала, что мой вампиризм будет воспринят без восторгов, но как-то не рассчитывала, что мои собственные работодатели набросятся на меня без предупреждения и будут так делать всегда.

Обычно вампирам удается притворяться людьми за счет питья крови — это уменьшает их силу, но возвращает обычную внешность. Но ее не продают в бутылках, ее нужно пить из шеи спящей жертвы. Как бы вы не приноравливались, протыкать чью-то шею зубами и пить их кровь — несомненно, считается нападением. Я этого делать не могу. От вампиризма есть лекарство, но для его изготовления нужно захватить душу, что также против правил.

Война за Бледноземье была выиграна — или сведена вничью, поскольку мы уничтожили и отряд легиона — но я не могла завершить квест, не поговорив с генералом Туллием. И даже если я пробралась бы мимо всех стражей Солитьюда и всего гарнизона легиона в их штаб-квартире в замке Доур, сам Туллий скорей, убил бы меня, чем стал со мной разговаривать.

Я не могла оставить это дело незавершенным. Мне была нужна эта галочка в дневнике, признание моих способностей и достойное завершение задания, порученного мне как солдату Имперского легиона. Так что я продолжала думать и придумала. Следующие три навязшие в зубах фразы прекрасно его описывали:

• Пан или пропал.
• Это так безумно, что может сработать.
• Такие вещи нужно делать одному.

О многом я просила Белранда и он делал все, не задавая лишних вопросов — вплоть до уничтожения целой армии имперцев, чтобы спасти меня от казни, подобающей вампиру. Но я не попросила бы его напасть на его дом, Солитьюд. Не потому, что он не стал бы, а потому, что наверняка бы напал.

Я могла просто сказать ему «Подождать здесь», но решила быть честной. Оттуда, куда я уходила, возврата не предвиделось.

— Нам пора разойтись.

— Хорошо, если так для тебя лучше. Если я снова тебе понадоблюсь, ты знаешь, где меня найти.

Я знала. В его голосе была слышна грусть.

Я вскочила обратно на черную легионерскую лошадь, которую украла до этого, и поскакала в ночь.

Солитьюд

Я ехала на север, к побережью, и прибыла в город со стороны устья реки Карт. Над водой лежал тяжелый туман, была глубокая ночь — то, что нужно для моего дела. Я сползла с украденной лошади, посмотрела, как та скачет назад в форт Данстед, и тихо поплыла к причалу Солитьюда.

Пристань охраняли два стражника. Я сотворила заклинание Приглушения, которое создает голубую дымку, прикрывающую ноги и скрывающую звук шагов. Я могла подкрасться к любому из стражников так близко, как хотела, и они не услышали бы и не обернулись. Поэтому просочиться мимо того, что на пирсе, и того, что на извилистой тропинке, поднимавшейся к городским воротам, было просто.

Но на самой вершине меня подстерегала редкостная неудача. Рассвело. Утренний свет еще не мог опалить мою кожу, но вампиры не способны восстанавливать ману при свете, а я снова сотворила Приглушение, прежде чем заметило это. Я была в западне и теперь скрываться было еще сложнее.

Соображая, какое заклинание могу себе позволить, я заметила лошадь и возчика — а он заметил меня. Началась кутерьма. Он выскочил из повозки, отовсюду сбежалась стража и меня выкурили из укрытия.

Городская стража гораздо сильнее, чем солдаты легиона, и по горькому опыту я знала, что одна их стрела может убить меня, особенно если я не совсем не здорова. А я — не совсем. Это было проблемой, потому что кроме тех стражников, что гнались за мной, были еще двое у ворот. Ээээх, вот бы я была страшным вампиром, который по своей воле может становиться невидимым!

Объятие Тени, сила, ради которой я стала вампиром, сделала меня полностью невидимой и дала мне ночное зрение. Она длится три минуты, но мне пришлось выдать себя, открывая городские ворота — будучи невидимым, нельзя «использовать» вещи или произносить заклинания.

Мои преследователи подозревали, где я нахожусь, но стрелы больше не свистели, а стражи у ворот и не знали обо мне. Я внутри!

Разговор с Туллием

Теперь все было сложнее. Солитюьд заполнили стражники, а к замку Доур вела длинная открытая улица. Я решила выпить кружечку в пабе.

Когда-то я встретила в «Подмигивающем проныре» Белранда, и с тех пор они возобновили запас зелий здоровья, мной же и обчищенный. Я вбежала и снова украла все бутылки. Конечно, за мной проследовали все стражники, но я прошмыгнула мимо них, они и сделать ничего не успели. Однако прежде чем захлопнуть за собой дверь, я решила подвергнуть их всех Неистовству — хорошая трактирная драка займет их, пока я бегу к замку. Беда была в том, что мне не хватало маны.

Я хотела было махнуть на эту идею рукой, но вдруг вспомнила, что готова повысить уровень. Все, что мне нужно — это выбрать улучшение, и здоровье с маной восстановятся автоматически. Уровень 11! Неистовство!

Я выбралась из кровавой бани, которую сама же и создала, и помчалась по улице. Я бежала зигзагом, уворачиваясь от несносно-точных стражников, оставшихся на улицах, и, вскочив на стену, побежала по пандусу к замку.

Последним препятствием перед замком Доур были два стражника-имперца у ворот. Я бежала прямо на них и не могла увернуться от стрел каждого. Я не могла успокоить обоих, потому что осталась бы без маны, а мне она понадобится внутри. Вместо этого я успокоила дальнего, затем подбежала к ближнему. Прежде чем он выстрелил, я оказалась совсем близко, и он достал меч, спрятав лук. Прежде чем он размахнулся, я была внутри.

Туллий стоял прямо передо мной, окруженный солдатами. Я подбежала к нему. Он выхватил меч. На следующий трюк я потратила всю оставшуюся ману: запустив в него Успокоением, я немедленно начала разговор.

— Разрешите доложить, сэр!

Его люди со всех сторон набросились на меня с обнаженными клинками. Туллий одобрил мой труд и прочел целую лекцию о важности Бледноземья для военных планов Империи. Появилось сообщение: «Квест завершен».

Я вышла из диалога, с удивлением обнаружила, что все еще жива, и рванула мимо солдат к дверям, ведущим на стены. Без маны, почти без здоровья, и, пока я открывала двери, меня успели несколько раз рубануть и порезать.

Снаружи светило солнце. В моих вампирских глазах оно засверкало ослепительным белым светом, и кожа запылала под ним.Все стало таким ярким, что некоторое время я не понимала, что умерла. Когда цвета снова заполнили этот мир, я увидела, как мое бездыханное тело сползает по двери замка.

Спасибо, дамы и господа, вы были прекрасными слушателями!

Не смотрите фильмы на языке оригинала и с субтитрами, если вы включили фильм в качестве фона для застольной беседы.

Смотрите, если хотите получить полное удовольствие от фильма:

• Оригинальные голоса актеров вместо тех 20-30, которые озвучивают 80% фильмов, выходящих в России. С сериалами еще хуже: голоса «Лостфильмовцев» узнают, пожалуй, все.
• Профессиональная игра голосом вместо любительской. Или не очень профессиональной. Или профессиональной, но голосом, не подходящим для конкретного персонажа.
• Всевозможные хмыканья, междометия, отзвуки и покашливания, которые тоже вносят свой вклад в атмосферу фильма и с которыми никто не заморачивается при переозвучке.
• Сокращения и упущения оригинального текста при переводе: они неизбежны, если нужно синхронизировать речь с происходящим на экране.
• Неточный перевод: встречается он чаще, чем хотелось бы, но в субтитрах — реже, чем в дубляже.
• Различные красивости и тонкости. Вот одна, которая навела меня на мысль об этом посте. В финале фильма «Скайфолл» напарница Джеймса Бонда говорит ему, что они еще не раз будут вместе на волосок от смерти. По-английски это выражение звучит как a close shave, буквально — «бритье близкое (к шее, которую можно перерезать)». Это намек на эпизод, где эта напарница брила Бонда опасной бритвой. По-хорошему, даже в дубляже это можно было перевести изящнее: например, «мы оба еще не раз вспомним, каково быть на лезвие бритвы» или «каково это, когда бритва приставлена к горлу». Но даже с оригинальным вариантом перевода в субтитрах можно было привести сноску на игру слов.

Сложно ли смотреть с субтитрами? Однозначно нет, если вы более-менее знаете язык. Требует привычки, если язык незнакомый. Но, в конце концов, в некоторых странах и речи нет о дубляже — все фильмы идут на оригинальном языке с субтитрами.

Спасет ли одноголосая озвучка, на фоне которой слышна оригинальная аудиодорожка? Представьте себе голос Дмитрия Пучкова, когда он озвучивает стонущую от ран нежную красавицу, на фоне играет лиричная музыка, кто-то что-то орет и вдалеке слышна стрельба. Или Володарского. И ответьте на вопрос сами.

Есть ли исключения? Неплохо переводят мультики «Пиксара» и «Диснея». Великолепно озвучили «Не шутите с Зоханом». «Рок-волна», кажется, неплохо. Больше что-то и не припомню.

На волосок от гибели

Мои сотоварищи нагнали меня и воздали хвалу моему гению, открывшему, что знаки лиса, мотылька и дракона на ключе-клыке как-то относятся к знакам лиса, мотылька и дракона, вырезанным над скважиной в форме клыка. Что вы, что вы, я просто делаю свое дело.

За дверью было ответвление, коридор, в котором со свистом раскачивались клинки, а за ними стоял воодушевляюще большой сундук. Я решила пошарить в нем. Прошмыгнуть мимо клинков оказалось довольно легко, а в сундуке лежал волшебный доспех — пусть я не могла его использовать, но вполне могла продать. Все шло просто великолепно, пока я не обернулась.

Белранд, с энтузиазмом юного щенка и физиономией Джона Малковича, поперся за мной по коридору. Он не был большим специалистом по уклонению от качающихся клинков. А качающиеся клинки, что немаловажно, и вовсе не могли понять, что их враг уже на коленях и сдается.

В бою Белранда можно было только сбить с ног: враги отворачивались от него и нападали на тех, кто все еще мог сражаться — например, на меня. Так что механические ловушки были одной из немногих смертельных опасностей, грозивших ему. И до того, как все стало совсем плохо, было 0,3 считанных мгновения.

Рядом с сундуком торчал рычаг. Я не знала, что он делает. Дернула. Клинки остановились.

Белранд, сияя улыбкой, проскользнул ко мне и уставился со своей всегдашней тонкой ухмылочкой, как бы говорящей: «А что?».

Заметив мой талант к деланию очевидных вещей, Рикке отправила меня на поиски механизма, открывающего ворота. Там был переключатель. Я потянула за него. Я была мозгом всего предприятия.

Так глубоко в развалины Штормовые Плащи не забрались — похоже, загадочная дверь с символами совершенно сбила их с толку. Но в той комнатке были драугры. Нордические зомби. Они выкарабкались из своих каменных лежбищ и набросились на наш отряд со всех сторон. И, как и все неупокоенные, они были абсолютно невосприимчивы к моим заклинаниям Иллюзий.

Все, что я могла делать, это потчевать Храбростью моих друзей, но как только я подогрела одного, он упал замертво. Так, я тут не при чем. Еще один умер перед самым концом боя, но Белранд, как и всегда, держался молодцом. Вперед, в последнюю комнату!

Зазубренная Корона была в центре помещения. Единственной проблемой было то, что она была на чьей-то голове. На троне, ссутулившись, сидел Драугр-Каратель, и было такое чувство — ну да, он встал. И с ним еще пять зомби поменьше.

Заваруха становилась совсем неуютной. Мне удавалось избежать прямых атак, но Каратель гонял нас своими Криками по всей зале как щенков. Солдаты и драугры закончились почти одновременно, и оставались только Каратель, Рикке, Белранд и я, еле живая. Рикке рухнула на землю, но не вырубилась: мой заряд Храбрости поднял ее на ноги и она набросилась на коронованного драугра с новыми силами.

Отчаянный выпад, он упал на четвереньки и Белранд врезал ему своей здоровенной секирой. Все было кончено.

Рикке попросила меня доставить корону в Солитьюд и я послушно стянула ее со сморщенного лба Карателя, после чего мы с Белрандом выбрались наружу и немножко попереживали о всех ее храбрых и мертвых товарищах.

С первой лошадью в Вайтран

Я доставила добытую с таким трудом Зазубренную Корону генералу Туллию, который так и сидел в штабе Имперского Легиона в Солитьюде, и взамен получила новое задание — доставить письмо ярлу (мэру/королю) Вайтрана, в котором его предупреждали о готовящемся нападении восставших Плащей Бури и настаивали на том, чтобы он встал на сторону нас, имперцев.

Я не позволяла себе использовать быстрое путешествие, но до Вайтрана дорога была неблзикой и я призадумалась, как бы сэкономить время. Особенно меня интересовали текущие расценки на лошадей.

Тысячу золотых? Забудь об этом, несносно-улыбчивый конюший. Я бы не потратила столько даже если б — так, стой, у меня они есть. Хорошо, покупаю.

Это была крепкая крапчатая лошадка, игра упорно называла ее «Лошадь Сары Невероятной». Поскольку я понятия не имела, как это изменить, я решила звать ее «Сарой — Невероятной Лошадью». Вскарабкавшись в седло, я отправилась в путь, а Белранд стоически припустил за нами трусцой.

Не сказала бы, что Сара Невероятная Лошадь была значительно быстрее меня, что подтверждал и тот факт, что Белранд без труда мог держаться рядом. но, как бы то ни было, путешествие шло своим чередом. Мы остановились только чтобы успокоить паука, гнавшегося за лисой — поменьше этих резкостей, природа.

В Вайтране я была первый раз. Вообще мне сказали бежать туда и предупредить о нападении дракона прямо в начале игры, но я решила начать с долгой и дурацкой службы в армии. После короткого спора со стражниками они допустили меня до ярла.

— Я с посланием от генерала Туллия!

— Что бы там ни было, это подождет, пока я не разберусь со всеми этими драконами.

Ах да, помню-помню:

— Дракон разрушил Хельген, и на очереди Вайтран!

— Дракон?! Ты уверена?

Хотя в конце концов он признал существование дракона, о котором сам же рассказал мне 3 секунды назад, ему было наплевать на письмо Туллия. Это как-то странно, потому что лично мне наплевать и на дракона, и на Вайтран, и на весь белый свет.

Он приказал мне передать послание его охраннику — его «хускерлу». Я отказалась — мне приказали отдать его ярлу, а не «керлу» какому-то. Тогда ярл сказал, что так и быть, он примет его, но читать не будет и сразу же передаст хускерлу. Поскольку так мое задание будет технически выполнено, пусть я ничего и не добьюсь, я согласилась, отдала ярлу, тот передал его керлу и цель была достигнута. Бюрократия в действии!

К сожалению, мне был нужен и ответ. А ярл не собирался читать записку, пока я не помогу ему спасти этот дурацкий город от всякой хрени, которая летает в воздухе. Ну и что мне нужно делать?

Мне нужно было отправиться в курган Промозглых Водопадов.

Продолжение приключений волшебницы-иллюзионистки, управляемой журналистом PC Gamer Томом Фрэнсисом и не причиняющей никому вреда. В смысле — своими руками. Не забудьте прочесть предыдущие выпуски.

Бледная Дама

Итак, у меня были большие нелады со здоровьем, совсем не было маны, на меня нападала волшебница с молниями, вылетающими из ладоней, и загоняла меня в угол.

И тут на нее напрыгнул призрачный и очень злобный волк. Да что за чертовщина происходит? Пока она пыталась отвязаться от него, подбежавший Белранд упокоил ее впечатляющим взмахом секиры.

Когда оба чародея были убиты, призрак волка потрусил к Белранду, но на полдороге исчез, превратившись в груду пепла. Ну, это, похоже, это его рук дело. Неплохо, Белранд. У тебя свой подход, я смотрю. Пожалуй, будет здорово, если ты продолжишь держаться линии поведения «верный служака». Лично я предпочитала что-то вроде «беспомощной трусости», но всяк сверчок знай свой шесток, так ведь говорят?

Проход вел в Мокрохладные Глубины. Вдохновляющее название.

…Я остановилась в изумлении. Там был лес, настоящий хвойный лес. Еще, по ходу, в этой пещере была целая туча — не было видно ни зги. В тумане то там, то сям с какими-то потусторонним треском сновали маленькие светящиеся шарики, а земля под ногами, казалось, ворчала. Я задумалась, нельзя ли как-нибудь выкупить это местечко.

В центре пещеры был жертвенник, у которого стоял разбойник. Когда мы подошли, раздался хлопок и появилась Бледная Дама. Нет, она не имела ничего общего с Энн Хэтэуэй.

Дама запустила в меня Больно Жалящими Штуками, и я рванула наутек. Белранд самоотверженно бросился защищать меня, но за мной погнались и те светящиеся шарики и принялись жечь меня. Да чтоб вам всем! Я наложила на одного Ярость, и, похоже, он отстал от меня и переключился на своих коллег — хотя пойди пойми. Елки-палки, что за денек.

Когда здоровье восстановилось и я вернулась за Белрандом, он стоял на коленях, а Бледная Дама оставалась здоровехонька. Мои заклинания на ней не сработали, но зато отлично подогрели моего наемника. Ну же, храбрее, Белранд! В буквальном смысле слова целый шар Храбрости впечатался в него и заставил вскочить на ноги и продолжить бой. Ну, я пока еще где-нибудь поотсиживаюсь, а там увидимся.

Я спряталась в другом углу, пока он занимался делом, и обнаружила сундук с сокровищами, спрятанный под папоротниками. Красота! Пока пещеру оглашали рев раненного Белранда и хлюпанье рассекаемой клинком плоти, я принялась ковыряться отмычкой в замке. Ого-го, несколько драгоценных камней! Я решила купить на них новое платье.

Ко мне снова подлетели световые шарики, но на этот раз я оказалась умнее и наложила на них Успокоение, так что они убрались восвояси. Я не решалась выйти из своего укрытия, пока не появилось сообщение о том, что квест «Победить Бледную Даму» пройден. Белранд и его призрачный пес стояли над кучкой сияющего праха. На жертвеннике лежал меч и я его заграбастала. Не такой уж он был и хороший — пожалуй, продам.

Пока мы шли наружу, я не могла не поразмышлять над этической стороной нашего деяния. Разбойник украл меч у других разбойников, чтобы вернуть его законной владелице и упокоить дух Бледной Дамы. Мы же объявились, незваные, убили ее и и забрали меч. Стыдно, Белранд, очень стыдно!

Настоящие воины

Когда мы вернулись на дорогу, до этого — дайте-ка еще раз откашляюсь — Корванъюнда было еще топать и топать. Но все было чисто, и к закату мы прибыли на место в целости и сохранности. У развалин толпилась кучка имперских солдат, и я подбежала к ним. Легат Рикке толкала речь, и среди внимающих был Хадвар, тот самый, что спас меня из Хельгена, когда я пряталась за мебелью.

— Рад, что ты здесь, — сказал он. — Мне будет куда спокойнее отправиться туда, когда ты рядом.

Меня очень удивила его вера в мои боевые качества — я не сделала ровным счетом ничего, чтобы заслужить ее. Но, на самом деле, он прав — ему будет куда спокойнее, потому что у меня есть Храбрость: замечательное заклинание, которое промывает мозги людям и они с радостью рискуют своими жизнями ради меня.

Мы пришли за Зазубренной Короной, но повстанцы из Плащей Бури оказались здесь раньше. Они порядком углубились в развалины, так что нам придется напасть на них и остановить, прежде чем те доберутся до нее.

— Покажем им, как выглядят настоящие воины! — завопила Рикке. Я подобрала платье и посеменила за ними.

Солдаты рванули вперед и схватились с Плащами на ступеньках, ведущих вниз, в развалины. Я могла только потчевать их Храбростью — я кто-то вроде чирлидерши.

Когда мы вошли внутрь, на нас напал еще один отряд Плащей Бури. Я успела запустить в одного заклинанием Успокоения. Он остановился, раздраженно сказал «Эй!» и зашагал прочь, в то время как его друзей рубили на кусочки.

Я наблюдала за Белрандом. Он врезал одному из повстанцев по морде рукояткой секиры, затем ей же придушил его, после чего подпрыгнул и погрузил секиру в череп другого, убив его одним ударом. Если бы Плащи Бури догадались нанять одного чувака из кабака, они бы победили в этой войне.

Белранд не изменил своим понятиям о вежливости и не стал трогать Успокенного Плаща, но имперцы без лишней щепетильности прикончили его еще до того, как рассеялось заклятье.

Пока мы добирались сюда, мой уровень возрос вполне достаточно, чтобы мое Успокоение работало на всех, и я без особых волнений отправилась на разведку, пробегая мимо маленьких отрядов повстанцев. Тех, кто подбирался ко мне близко, я успокаивала, но, в основном, просто убегала, не вступая в бой.

Остановиться пришлось перед дверью с древним кодовым замком. Код был вырезан на когте, валявшемся прямо перед ней, но не успела я начать крутить цилиндры, как меня нагнал Плащ Бури. Я бросила в него Успокоением, и теперь мне нужно было отпереть эту штуку, прежде чем заклинание развеется.

Конечно же, второпях я защемила в скважине ключ-коготь. Из стен за моей спиной со свистом вылетели отравленные дротики. Ни одни не попал в меня, зато несколько сотен впились в Успокенного Плаща Бури, который бесцельно топтался рядом. Он упал замертво. Проблема? Не было никакой проблемы!

Продолжение приключений волшебницы-иллюзионистки, управляемой журналистом PC Gamer Томом Фрэнсисом и не причиняющей никому вреда. В смысле — своими руками. Не забудьте прочесть предыдущие выпуски.

Бледный клинок

В следующий раз мне поручили добыть артефакт под названием «Зазубренная корона». Мой офицер, легат Рикке, приказала мне выдвигаться к форту, где она с отрядом будут ждать меня. Прежде чем отправиться на задание, я зашла к придворному магу Солитьюда и прикупила заклинаний: Храбрость, чтобы усиливать и лечить союзников; Успокоение, потому что многим гражданам пора бы и успокоиться; Приглушение — не столько ради собственно приглушения шагов, сколько для того, чтобы постоянно творить его, повышая тем самым уровень владения Иллюзиями.

Нордская усыпальница — грхм, грхм — Корванъюнд находилась на другом конце страны, но я не пользовалась быстрым перемещением. По сути, это телепортация, а телепортация к Иллюзии не относится.

Разумеется, я направила свои стопы в солитьюдскую конюшню. Но, пошныряв по ней битые 2 часа, я так и не улучила момента добыть себе скакуна. Купить, конечно же, не позволяли средства. И я сказала себе: ничего, милочка, пройдешься пешком — и Приглушение заодно подучишь.

Только мы выбрались из болот, окружающих Солитьюд, как наткнулись на ступеньки, ведущие к стоящему на горе храму, и каких-то оборванцев, сражавшихся на них. Похоже, три разбойника напали на женщину, и, чтобы уравнять шансы, я попробовала успокоить их. Те двое, кого задело мое заклинание, незамедлительно засунули мечи в ножны и, пока женщина убивала их друга, преспокойно прогуливались рядом. Потом она убила и их. Ура, моя избранница победила!

Женщина объяснила, что ее дружок спер у этих разбойников меч, и те обвинили ее. Мозг моего игрового персонажа воспринял это как квест: найти меч! Убить разбойников! Разрушить проклятье? Может, еще и того парня спасти? Ладно, это подземелье — войду и там посмотрим.

Стоит ли говорить, что внутри были разбойники и они набросились на нас.

«Так ты в Скайриме и сдо-о-о-охнешь!» — завопил один, но мое заклинание Успокоения заткнуло ему пасть. Он удержал руку, уже занесшую меч, и обиженно поглядел на меня: «Эй! Ну и зачем было колдовать на меня что-то?!». С этими словами он удалился.

Белранд проломил череп другому разбойнику и остановился. Я так поняла, что из вежливости он не хотел нападать на усмиренного врага. Мы стояли втроем и растерянно глядели на друг друга, а труп убитого медленно сползал вниз по ступенькам. Но вот заклинание перестало работать, утихомиренный разбойник разбушевался и Белранд обрушил на него свою палицу.

В первой комнате склепа я обнаружила записку от того, кто украл меч. Она гласила, что воришка попытается вернуть клинок в могилу: взяв его, он рассердил Бледную Даму. Энн Хэтэуйэй? Странно.

Еще я нашла здоровенную секиру и вручила ее Белранду, который с энтузиазмом принял подарок.

Снова разбойники, и много. Я успокаивала всех, кто приближался ко мне и восхищалась сноровкой Белранда. Он брал в руки палицу с щитом, когда дрался с лучницей, чтобы укрыться от стрел, и забил ее до смерти, а потом выхватил секиру и накинулся на мужика с мечом. Тот снова и снова отбивал его удары, но это его не спасло: вес белрандова оружия попросту смял его.

И тут появились волшебники. Двое подбежали к нам и из их рук полетели трескучие молнии. Я попробовала успокоить их, но ничего не вышло — внезапно моя батарейка села. Вот же блин! Молнии высасывают ману! Мне ничего не сделать без нее.

У меня были большие нелады со здоровьем, маны не было вовсе и бандюки с молниями зажали меня в каком-то дурацком закутке. И тут случилось нечто непонятное.

Лишь любовь опережает космос — от земного голубого неба до невместимого галактического раздолья — в чреде источников вдохновения поэтов и музыкантов. Вот белокурый еврейский царь поет, подыгрывая себе на псалтирионе: «Расскажут небеса о Божьей славе, нет ни наречий, ни языков, где не слышны были бы их голоса». Сотни известных и тысячи забытых творцов пронесут с той поры эстафету до современных нам «Божественной астрономии» Сида Баретта и меланхоличных саундтреков Дидье Маруани к семидесятническим мечтам о покорении Вселенной.

Он ставит человека на место — и заставляет подняться на Землей. Он кажется холодным и неприветливым, пока не вспомнишь, что ты пробыл в нем всю сознательную жизнь. Кажущийся хаосом, он по определению — Порядок.

К чему это я? К тому, что сегодня утром, в пятиминутку отдыха от трудов, я открыл для себя кусочек из оратории Гайдна «Сотворение мира» — стихи взяты те самые, царя-псалмопевца, музыка австрийского композитора, а для иллюстрации взяты фотки, сделанные космическим телескопом «Хаббл».

И я знаю одно — когда через 700 лет исследовательские крейсера Российской Директории будут ввинчиваться в X-пространство, прыгая по туманностям и галактикам, их гимном будет «Ди химмель эрцялен ди эре готтес», и только она.

«Опять про Скайрим» — скажете вы, и будете правы. Я исправлюсь, правда-правда. Просто про него писать проще.

На днях возбухло обсуждение: кто в какой Скайрим играет. Ведь не секрет, что изначально игра серии «Древних свитков» — это лишь фундамент и стены. Чтобы сделать этот мир таким, как нужно тебе, полагается установить дополнения. Недостатка которых, впрочем, не наблюдается: подвижники фотошопа и 3D Max неустанно снабжают сообщество новыми рюшечками.

Кто-то установит пару-тройку графических улучшений и успокоится на этом. Кому-то понадобится перебалансировать всю игру. Кто-то захочет ездить на «Запорожце» и стрелять из АК, а кто-то без лишних закавык оставит людей без белья, нацепит им анимешные прически и будет рад своей тихой, незаметной радостью.

Я расскажу про то, что выбрал сам. Поскольку владею лицензионной версией и играю на английском, то беспрепятственно пользуюсь удобствами «Мастерской „Стима“». Выбираю дополнение из ее каталога, жму " Подписаться" и запускаю игру. Поэтому не-стимовских ссылок на них я приводить не буду, ограничусь названиями: погуглите — почти все можно скачать и с других сайтов.

Как быть пользователям с русской версией игры? Не огорчаться. Для многих дополнений есть перевод. Для многих он не нужен в принципе. Большинство остальных понять несложно.

Все дополнения совместимы между собой и с двумя официальными: «Стража рассвета» (Dawnguard) и «Огонь домашнего очага» (Hearthfire).

Серия «Улучшенные города» (Enhanced Cities)

Как следует из названия, дополнения этой серии улучшают внешность и содержимое городов и деревень Скайрима.

• Улучшенные города: огонь обжигает (Enhanced Cities: Fire Hurts). Огонь, разожженный в помещениях: дворцах ярлов, трактирах, может обжечь и поджечь.
• Улучшенные города: причал Солитьюда (Enhanced Cities: Docks of Solitude). Столичный причал теперь выглядит, как положено: появились новые места для швартовки, громоздятся бочки и ящики, пристали новые суда и на них приплыли торговцы.
• Улучшенные города: уединенная ферма (Enhanced Cities: Isolated Farm). Фермочка та еще: вы заметите ее издалека по возвышающимся дымовым столбам. Внутри много неприятного запаха и пара секретов, проливающих свет на судьбу обитателей и улучшающих благосостояние игрока.
• Улучшенные города: дом ярла (Enhanced Cities: Jarl’s House). И впрямь, дома ярлов не подобают статусу этих вельмож: бедноваты. Дополнение делает их светлее, теплее и богаче. На сегодняшний день облагодетельствован лишь один, властитель Фалкрита.
• Улучшенные города: купцы-путешественники (Enhanced Cities: Travelling Merchants). По Скайриму бродят 9 купцов с товарами диковинными да ценами выгодными. Их можно встретить в пути или в одном из многочисленных трактиров или постоялых дворов. Нет, Садко там нет.
• Улучшенные города: пригород Маркарта (Enhanced Cities: Markarth Exterior). Мнение, что жители Города-В-Горе питаются камнями, оказалось неверным: выйдите за ворота, и вот они, телеги торговцев, а вот и грядки с капустой. Солдаты несут караул на сторожевых башнях и тренируются в стрельбе по мишеням.
• Улучшенные города: постоялые дворы (Enhanced Cities: Inns). Постоялые дворы стали гораздо уютнее, в них пылают жаркие очаги и присесть погреться может любой желающий: стульев хватит!
• Улучшенные города: Винтерхолд (Enhanced Cities: Winterhold). Еще больше разрушенных домов! Еще больше зарослей кустарников! Зато есть, где работать кузнецу.
• Улучшенные города: Донстар (Enhanced Cities: Dawnstar). Рыбаки из продуваемого всеми ветрами городишки на Крайнем Севере бросили швартовы у родного причала (благо, их стало больше), засадили город кустарниками и мелкими елочками. Вон и хоркеры что-то забавное хрюкают.
  
• Улучшенные города: Мортал (Enhanced Cities: Morthal). Чтобы в этом уединенном лесном городе было хоть чуточку поспокойнее, жители построили укрепленные городские ворота. Принятые меры оказались как нельзя более благотворными. В город потянулись торговцы и охотники, появился колодец, а трактир «Торфяные болота» и не узнать!
• Улучшенные города и деревни: переработанные деревни (Towns and Villages Enhanced Redux). Особенно хорошо поставить это дополнение после завершения основного задания игры. Скайрим потихоньку успокаивается, деревни богатеют, хорошеют и укрепляются. А совсем скоро и в Вороньей скале начнется строительство… Что, екнуло сердечко, старички? То-то и оно.
• Улучшенные города и деревни: Фалкрит (Towns and Villages Enhanced: Falkreath). Самый южный город Скайрима теперь утопает в растительности — так и не скажешь, что это всескайримское кладбище.
• Улучшенные города и деревни: Ривервуд (Towns and Villages Enhanced: Riverwood). Старый добрый Ривервуд, помню-помню, как залюбовался тобой 11 ноября 2011 г. — еще издалека, пробираясь по речному берегу. Теперь ты зарос березами и осинами, но жители твои по-прежнему радушны и гостеприимны.

Я не успел рассказать про все «Улучшенные города», продолжу в следующий раз. Собственно, в Стиме вы можете найти эти — и другие, о которых я расскажу позже — дополнения, добавив меня в друзья, я там lexmirnov. Потом зайдите в «Мастерскую» и выберите «Дополнения друзей».