Алексей Пехов — «Созерцатель»

Почему, вообще, мне нравится фантастика? Дело не в стремлении «сбежать от серых будней в волшебную страну». И будни не серые, и в страны любимых авторов бежать не рвусь: нас и здесь неплохо кормят.

С одной стороны — приятно помассировать мозг, те извилины, по которым бегают абстрактные мысли: «а что было бы, если бы». Досужее развлечение ума, необременительная гимнастика просчета необычных положений.

С другой — правильная фантастика пишет о реальной жизни. Спасение крутобедрой принцессы или даже целой галактики не имеют смысла, если не проецируются на личность читателя. Как спас? Почему спас? Почему так, а не эдак? Книжка должна отвечать на эти вопросы. И ответы должны понравиться читающему — или совпасть с его собственным мнением, или аргументированно изменить его.

Читатель должен сопереживать герою — то есть, переживать приключения вместе с ним. Поэтому чем ты старше, тем туже идут опусы про «суперменов-рембо-конанов» или, пуще того, тоскливых мечущихся мямлей. «Не верю» — приговор книге, можно откладывать и не тратить невосполнимое время.

Есть еще один подход: чтение не ради сюжета, а ради красоты фраз, тонкости отсылок, намеков и «литературной» игры. Эдакое книжное эстетство, когда ценится не смысл книги, а выдержанность стиля. У меня он вызывает вопрос: «Вот прочел ты такую правильную книгу — чем твоя жизнь стала лучше»?. От того, что какой-нибудь С. ван Меттергоген (творческий псевдоним Вани Иванова) написал тру-фэнтези с драконами, эльфами, орками, гномами, Силами Света, Темным Властелином и хэппи-эндом — все как положено, каноничность соблюдена — что конкретно изменилось в твоей жизни? Что ты стал делать по-другому?

Когда мне случилось спросить это живого человека, ответом было: «ничего, просто это красиво, а красота ценна сама по себе, смысла в ней нет».

Не буду сейчас развивать эту мысль, потому как от нее недалеко до вопросов о смысле жизни и залезания в совсем уж ненужные абстракции. Примем за данность, что такой подход есть и имеет право на существование.

К чему я это? Прочел на днях «Созерцателя», новую книгу Алексея Пехова.

Ветеран Великой войны, частный детектив Итан Шелби, берется за расследование дурно выглядящего дела.

В мире «Созерцателя» вообще мало что радует глаз. Угрюмая индустриальная эпоха, технологический прогресс неумолимо подминает под себя старый, устоявшийся мир.

Островной город-государство Риерта открыла секрет мотории — исключительно эффективного топлива, и начинало диктовать свои условия остальному миру, обходившемуся до сих пор углем и паром.

Западным странам удалось договориться с Риертой: в обмен на военное покровительство та обеспечила поставки и взяла на себя издержки производства: появление контаги, людей, превратившихся после контакта с сырой моторией в агрессивных мутантов.

Риерта попыталась шантажировать моторией восточную империю искиров, в ответ на это та решила завоевать Риерту и секрет мотории.

Вспыхивает Великая война, в которой с большими потерями побеждает Запад.

Выйдя в отставку, Итан Шелби работает частным детективом и с переменным успехом борется с воспоминаниями о войне и последствиями особой подготовки, которую Шелби прошел, с молодой горячностью стремясь послужить родине.

Шелби классический нуарный герой: циничен, рассудочен, не любит дождь и разгоняет сырость виски и разговорами с барменом. Что может заставить такого человека ввязаться в явную авантюру с неясным исходом и сомнительными целями?

«Созерцатель» — не только захватывающая приключенческая повесть, атмосферой напоминающая лучшие произведения Чайны Мьевиля и (не один я отмечу) игру «Dishonored». Выходя за рамки городского фэнтези-боевика, она оборачивается то детективом, то хоррором, то политическим триллером.

Алексей Пехов мастерски рисует царящие в обществе томительное ожидание перемен — не факт, что к лучшему — и тревога от незнания, что с ними делать и как жить дальше. Книга исподволь рассуждает о решениях людей и их мотивах; о верности своим принципам и границах этой верности; о пересечении культур и умении сгладить их различия.

Необычность мира может поначалу оттолкнуть нетерпеливого читателя: но тот, кто выдержит знакомство, будет вознагражден зрелым и захватывающим приключением.

Опубликовано в рубрике «книги» 27 февраля 2017 года.

Павел Корнев — «Спящий» (серия «Всеблагое электричество»)

Везунчик этот Спящий. 3 часа ночи, скоро вставать, а сон все нейдет. Спасибо китайским чаям, которыми согревал себя в это снежное воскресенье.

Но не про чаи речь, а про обещанный автору отзыв о книге.

sleeper

Здесь и далее — иллюстрации М. Поповского с сайта Павла Корнева, где, кстати, я купил все 4 книги без наценки, считай, с рук.

«Спящий» — последняя (пока что) повесть из серии «Всеблагое электричество». Это фантастика, альтернативная история с элементами магии и того жанра, что вроде бы называется «тесла-панк». Вот если в «стимпанке» рулят паровые машины, дирижабли и механизмы, то «тесла», соответственно, начало двадцатого века, и на троне электричество. Всеблагое.

Потому что ладно бы лампочку зажечь или машину завести. Только электричество способно обуздать еще остающуюся в этом мире магию.

bes_ob

В нашей с вами реальности «демон Максвелла» — условное название для физического парадокса. В мире Всеблагого электричества демон Максвелла, увы, демон. Еще в нем есть суккубы, минимум один лепрекон (алкоголик и хам), оборотни. Стандартный набор фэнтезийной дряни.

Однако магия коснулась (большой тарарам при этом был) и некоторых людей, наделив их сверхспособностями. Их называют Сиятельными, и, понятное дело, недолюбливают.

К ним принадлежит и главный герой, Леопольд Орсо. В начале истории ему всего 21. Родом из обедневших дворян, служит в полиции, имеет несчастную любовь и друга-поэта. Поскольку автор своих героев любит, но не жалеет, к концу Леопольд многого лишится (работа и любовь — еще цветочки), но и приобретет немало.

Гражданин Орсо не умеет летать и пускать молнии из пальцев, не носит трико и никогда не надевает труселя поверх штанов. Его сверхспособность — почуять страх и раскочегарить его. Возможности это дает самые неожиданные.

Особенно в кипящем вареве города Новый Вавилон, где проживает Леопольд, а также его жулик-дядюшка, пожилой русский изобретатель, художник, пишущий картины, забираясь в чужое сознание и куча других ярких личностей.

Есть верный критерий серьезной Книги: прочитав ее, ты изменяешься. «Всеблагое электричество» эту проверку не проходит. Вот «Приграничье» — там да, там ближе к жизни. Но если любишь приключенческую фантастику, где и стреляют, и про любовь, и герой не мямля, и посмеяться можно — не проходи, др-р-рать, мимо. Для тебя писали.

bes_fr

Опубликовано в рубрике «книги» 5 декабря 2016 года.

Павел Корнев — «Ледяная Цитадель» и «Там, где тепло» (дилогия об Апостоле)

Евгений Максимович Апостол трудится в неуютном мире Приграничья мозгами, ногами и языком. Коммерсант он. Вот лежит у вас кабель без дела, место занимает. А Евгений Максимович знает мужика, приятель которого своему знакомому десяток катушек с ба-а-альшой наценкой продаст. И как раз (краем уха слышал) в те края обоз чуть ли не порожняком идет.

Опять же способность у Евгения — будущее видит. Пусть смутно, недалеко, все равно в работе подмога. И в сохранении жизни. Он ведь в Приграничье не один такой одаренный. С тех пор, как три сибирских городка провалились промеж миров и измерений, многие граждане навострились молниями кидаться или пули на лету сбивать. И всяк потеплее местечко ищет. Оно неудивительно, когда 9 месяцев в году стужа лютая, а остальное время — 20 градусов вполне себе жара.

pavel_kornev_ledyanaya_citadel

Колдунство колдунством, а проблема перед героем стоит бытовая: денег нет. Так, чтобы много и разом. Чтобы и бизнес раскрутить, и уровень жизни подтянуть. А потому, когда на горизонте нарисовалась немалая сумма на халяву, Евгений резво взялся за дело.

Чем аукнулась Апостолу любовь к легкому заработку, читайте в книге «Ледяная Цитадель». Продолжение — «Там, где тепло» — увозит энергичного бизнесмена из полубандитского Форта в Северореченск, городок строгий, но мирный. Впрочем, деловые способности нашего героя подняли на уши и его.

Почему стоит прочесть эти две книги — как и всю серию о Приграничье?

В них работает «феномен Сталкера» (про игрушку речь). Будничные пейзажи и люди «из-за окошка», попавшие в фантастические условия. Вроде знакомо и понятно — и в то же время по-другому. Едешь на «Газели» по разбитому асфальту между хрущевок, а в кузове пиромант нечисть стылую святой водой поливает да огнем из ладони поджаривает.

pavel_kornev_tam_gde_teplo

Персонажи человечные: сглупить могут, выпить, ругнуться. Покопайся, среди своих знакомых и Напалма найдешь, и Гамлета, и Селина с Маринкой. Бодрое развитие событий подкреплено адекватным изложением. Люди у Павла Корнева разговаривают как люди: отрывисто, коротко, перескакивая с темы на тему. Курят, треплются, слоняются без дела: не все ж сюжет вперед толкать. При этом книги читаются легко, темп повествования выдержан, «воды» исчезающе мало, язык — литературный.

Бодрый фантастический боевик пополам с производственным романом.  Сам перечитываю третий раз и вам советую.

Зрение пришло в норму — но легче от этого не стало. Мороз вцепился в щёки и нос, и я немедленно пожалел, что не сообразил надеть балаклаву. На улице оказалось не просто холодно, а холодно невыносимо. Небо прояснилось, и ледяной воздух жёг ноздри при каждом вздохе.

— Экомаг съесть не забудь, — предупредил Напалм Марину и достал пачку сигарет. — Это мы кабаны, а тебе придётся таблетки кушать.
— Я с утра уже выпила.
— И это правильно, — кивнул пиромант и взглядом заставил сигарету загореться.
— Завязывай с этими фокусами, если спалиться не хочешь, — одёрнул я его и спустился с крыльца.
— А, чёрт! — сообразил Напалм, что едва не прокололся. — Специально же ещё зажигалку с собой взял. — И он продемонстрировал мне одноразовую пластиковую зажигалку. — Всё, теперь полная конспирация!
— И куда нам теперь? — Марина окинула взглядом запорошенные снегом ларьки Торгового пятачка, меж которых только начинали бродить вернувшиеся с ночевки в Форте хозяева. — Кто-нибудь знает?
— К видеосалону, Селин там должен быть.
— Уверен?
— Разумеется.

Скрипя промороженным снегом, я первым зашагал по тропинке и сразу понял, что долго тащить две сумки точно не смогу. В спине так и похрустывало, а под лопаткой и вовсе опять заворочалась стихшая было за ночь боль.

Но не отдавать же баул обратно Марине?! Вот ведь!

Опубликовано в рубрике «книги» 5 мая 2016 года.

Сергей Лукьяненко — Шестой Дозор

11334065.cover

И это последний из рассказов о Маугли.
Р. Киплинг

Это было хорошее время, но оно, похоже, закончилось. Страна — да что там страна — весь мир уходит в резкий поворот, что нас там ждет на новой трассе, никто, похоже, не ведает.
Вот это ощущение конца привычного мира — самое ценное и самое пробирающее в «Шестом Дозоре». Писатели, которые настоящие, не просто чувствуют изменения структуры мира — они их транслируют.
Вадим Нестеров

Укрепился духом и дотерпел до начала продаж электронной копии «Шестого Дозора». Прочел залпом за 12 часов, и это ответ на вопрос, стоит ли она потраченных средств и времени.

За несколько месяцев до выхода перечел первые пять книг сериала, что и вам советую. Шестая растет из них… ну, как Росток, источник ведьмовской силы, из горшка.

Книжка вышла на славу: легкий тон, привычный мягкий юмор автора (по текущим новостям прошлись, о подростках-пубертатах пошутили, Крапивину и Бекмамбетову реверанс сделали) грамотно уравновешиваются нарастающим напряжением. Чувствуешь, что среди обыденных для серии приключений зреет Большой Финал — и «малой кровью» уже не отделаться.

О нем умолчу: не буду лишать удовольствия. Сам Сергей Васильевич не скрывает: «Это последняя книга о Светлом маге Антоне Городецком».

Грустно, граждане. Выйдут новые книги в межавторском проекте «Мир Дозоров», но в них вряд ли появятся чудесно подходящие к тексту песни «Пикника», сложные этические парадоксы и меткие слепки современных книгам Москвы, москвичей, России. То, что Лукьяненко умеет как никто иной.

Но зато попрощаться с читателем выйдут старые друзья. Егор — за 16 лет, прошедших с выхода первой книжки, он таки избавился от юношеского максимализма. Раздолбай Лас и преданный Алишер. Конечно, ставшие почти родными Гесер, Завулон и компания. Даже — спойлер-спойлер! — испепеленный инквизитор Витезслав на миг покажется! А с ведьмами и вампирами пообщаемся непосредственно в естественной среде обитания.

Последний бой Антона закончился. Мир — посмотрите за окно — устоял и, как всегда, ничего не заметил. Рассуждения, стоит ли того слезинка ребенка или человеческая жизнь, оставим теоретикам. А гражданин Городецкий в критические моменты действовал, исходя из реалий.

Вряд ли автор снова напишет о Дозорах. История закольцевалась, свелась воедино и завершилась.

Но надежда жива ;-)

Опубликовано в рубрике «книги» 28 декабря 2014 года.

Андрей Мартьянов — Der Architekt. Без иллюзий.

Воспользовавшись затишьем в трудах праведных, за три дня одолел книгу Андрея Мартьянова (и Елены Хаецкой) «Без иллюзий».

Написана она в жанре альтернативной истории, и от истории в ней куда больше, чем от фантастики. Ничего сверхъестественного; лишь несколько событий произошли иначе, несколько человек поступили по-другому.

Начало 40-х, расцвет гитлеровской Германии. Рассказывает реальный и весьма известный (даже в «17 мгновениях весны» мелькал) персонаж — Альберт Шпеер. Не самый большой гад среди нацистов, в реальной жизни признавший свою вину во время Нюрнбергского процесса и отсидевший 20 лет в тюрьме. Талантливый ученый-архитектор, «любимчик Гитлера», ставший по его приказу рейхсминистром вооружений и боеприпасов. Помер в 76 лет, навещая любовницу.

Andrej_Martyanov__Der_Architekt

Как патриот и профессионал, он добросовестно выполняет свои обязанности, не смущаясь нажитыми врагами и не чураясь жестких средств. Но тем страшнее ему сознавать, что любимая Германия катится по наклонной. Победоносное наступление на СССР захлебывается не только на фронте, но и в тылу. Молодая, сильная, свежая страна, чудом восставшая после поражения в Первой Мировой и приумножившая свои силы благодаря решительным действиям национал-социалистов, обрюзгла и отупела от бюрократии, коррупции и некомпетентности.

Стоит Шпееру дойти до мысли, что Германии остро необходим мир хотя бы на одном из фронтов, как он видит документальные свидетельства зверств гитлеровцев на оккупированных территориях. Погибших жалко, но сильнее жалости страх — рейхсминистр понимает, что прощения им не видать, и «лечить» эту систему поздно: нужно резать по живому.

Вот только основа ее — человек, о посягательстве на которого партайгеноссе Шпееру и подумать страшно…

В ставке понимали серьезность положения, и Гитлер, как обычно экспромтом, предложил направить в район русского наступления готовые «Тигры». Да, машин всего шесть, но, как три недели назад заявил фюрер: «…С ними ничего не может случиться! Они неуязвимы и могут разбить любое танковое наступление противника». Осторожные возражения фронтовых генералов о том, что «Тигры» вряд ли устоят против тяжелой артиллерии противника или массированной атаки силами, допустим, танкового полка, были отметены — ничего равного этой машине нет!

Я получил недвусмысленный приказ: как можно скорее «отгрузить» готовые образцы 501-му и 502-му тяжелым танковым батальонам, в мае этого года переформированным в Эрфурте специально под новую технику из тяжелых рот истребителей танков. Предложение дождаться, когда промышленность выпустит еще хотя бы двадцать — тридцать «Тигров» для качественного усиления боевых частей, не прошло, как я ни бился.

В итоге «Тигры» отправились железной дорогой в распоряжение группы армий «Север». Причем, как водится, не обошлось без глупейших накладок. «Хеншель» фирма в основном вагоностроительная, один из крупнейших в Европе поставщиков железнодорожного оборудования, паровозов и платформ. Но и здесь проявилась ужасающая несогласованность между гражданским и военным производством, каковая привела к очередному конфузу — в июне выяснилось, что танк попросту не влезал ни на одну из серийно выпускаемых транспортных платформ «Хеншеля», ни по массе, ни по размеру. В Рейхе не оказалось ни единого вагона, способного перевозить груз в 60 тонн!

Мне пришлось срочно вмешаться и устроить нагоняй инженерам корпорации, целиком поглощенным техническими аспектами своего танка и напрочь позабывшим об ограничениях, налагаемых железнодорожной инфраструктурой. Новая шестиосная платформа SSyms была спроектирована и изготовлена прямо-таки в рекордный срок, но вот незадача — теперь забыли о железнодорожном габарите, изменить который можно только перешивкой колеи, расширением тоннелей, радиусов поворота пути и в итоге закономерным банкротством Германии на следующий же день.

Тут я впервые за время министерства сорвался и пригрозил, что если немедленно, — то есть завтра, а лучше сегодня к вечеру! — выход найден не будет, последуют самые печальные для конструкторов и руководства «Хеншель» выводы. Попросту я мог нажаловаться Рейнхарду Гейдриху, способному пустить в ход репрессивный аппарат. Как следствие, кое-кто провел бы незабываемый отпуск в Дахау.

Надоело, честное слово! Это война, а не загородная прогулка с пикником!

К моему безмерному удивлению, решение предоставили спустя несколько часов: для соответствия габаритам придется снимать с шасси танков внешние катки и во время транспортировки использовать узкие гусеницы в 520 миллиметров. Что, само собой, повлекло новые расходы — металл, рабочее время, загруженность станков, — но делать было нечего.

Когда я рассказал о бурных событиях, развивавшихся летом вокруг платформ для «Тигров», Гудериану, опальный генерал-полковник не знал, смеяться ему или плакать. Заметил только «Везде у нас так!» и посетовал на типично германское пренебрежение всем, что не входит в зону ответственности одного конкретного исполнителя, будь это примитивный стрелочник или конструкторский коллектив. Ну и отсутствие внятного технического задания со стороны заказчика, обязанного предусмотреть логистические габариты, тоже сыграло немаловажную роль.

Имя непосредственного заказчика мы отлично знали — Адольф Гитлер. На совещании в штабе командования сухопутными войсками Германии 26 мая 1941 года именно фюрер настоял на концепции тяжелого танка.

«Без иллюзий» увлекла меня взглядом на войну со стороны врага. Как версия, и вполне достоверно выглядящая, того, чем жили эти люди, как оправдывали себя, ради чего развязали войну. Читаешь и видишь рейх изнутри — что на уме у простой домохозяйки и у первых лиц страны, как поставлены рабочие процессы и как люди отдыхают, чего ждут от жизни. Персонажи живые, поступки их — логичные.

При этом автора нельзя заподозрить в симпатии к нацизму: где-то на четверть книги мы «вселяемся» в брата Шпеера, танкиста, дошедшего до Сталинграда:

Но у русских все обстояло совершенно иначе. Кажется, у них вообще не существует понятия «чести». Во всяком случае, не в том смысле, что у нас, людей германской крови. Они попросту другие. Физически другие, в том нет их вины, что, впрочем, не снимает с них ответственности.

Они отступают, как и всякие азиаты, когда видят, что враг сильнее. И вдруг что-то ударяет им в голову, — упрямство, злоба, простая глупость, — и они вдруг закапываются в землю и начинают огрызаться из последних сил. Как сказал Фриц, всегда может попасться сильная и злая крыса.

Поэтому мы то проходили сквозь Украину, как нож сквозь масло, повторяя Французский поход, то вдруг застревали, буквально утыкаясь в непроходимую стену. Со всех сторон на нас откуда-то лезли и лезли, бежали и бежали — люди, танки, орудия. Мы попадали в тугой узел и увязали в нем на несколько дней, пока не уничтожали все: технику, людей. Люди, впрочем, сдавались десятками — это когда в них просыпались азиаты с их врожденной покорностью победителям и хитрой, глубинной жаждой выжить любой ценой. Были, однако, и другие, совсем дикие — эти умирали, лишь бы не склонить голову.

Поди знай сейчас, так ли они рассуждали. Вполне возможно, что да — особенно офицеры из «приличных семей», каковой были Шпееры, свидетели и участники превращения униженной родины в могущественную державу. Без иллюзий и без сантиментов, по-деловому: мы правы, потому что мы немцы и еще потому что сильней вас.

Очень насыщенная книга, но совсем не занудная, если любишь историю, то точно понравится. Продолжение вышло буквально на днях, и я уже попросил его себе на Новый год, потому что в конце такой клиффхэнгер, каких я давно не видывал.

Прочту — доложусь.

Опубликовано в рубрике «книги» 12 декабря 2014 года.

Павел Корнев — Без гнева и пристрастия

Год назад я написал о «Дивизионном комиссаре» Павла Корнева — «добротный детектив в дождливо-нуарном мире, где все фантастическое лишь „соус“ для пущей выразительности блюда».

Нынче, прочтя вторую книгу про город Осень, сообщаю: ничего не поменялось. «Без гнева и пристрастия» — та же круговерть полицейских, гангстеров, политиканов и журналистов в сумраке и слякоти застрявшего в вечном ноябре мегаполиса.

10995641.cover

Виктор Грай снова попадает в скверную историю, перейдя дорогу нескольким серьезным людям, и снова блестяще распутывает ее. Я не стал пытаться опередить уважаемого комиссара и вычислить главного злодея первым; вроде бы понять, кто он, можно, но я предпочел смаковать повествование по глоточку, не опережая события. Кстати, возьметесь читать, попробуйте понять, кто такой Часовщик. Даже интересно, получится или нет.

Очень выдержанная книга получилась у Павла. Не назову ее захватывающей, так чтоб нельзя было оторваться. Я, например, читал добрый месяц, понемножку, за завтраком — но почти за каждым. В этой истории интересно просто бывать, и это заслуга сочного языка повествования. А что до событий, так что, скажите мне, нового может произойти в нашем мирке? Бетон, неон и ливень…

«На улице моросил мелкий серый дождик, фонари и неоновые вывески бросали отблески на мокрый асфальт. За окнами служебного автомобиля сначала проносились яркие витрины, затем магазины и развлекательные заведения сменились безликими офисными зданиями, а под конец и вовсе потянулись бесконечные пакгаузы. Район вокзала никогда не мог похвастаться особыми архитектурными изысками, но дождливым вечером он и вовсе казался на редкость унылым местом.
— Приехали, — объявил немолодой молчаливый водитель, когда впереди замелькали сине-красные огни сирен.
Я распахнул дверцу, выбрался на засыпанную гравием дорогу, и рядом немедленно оказался незнакомый сержант дивизиона транспортной безопасности.
— Специальный комиссар Грай?
— Да, — подтвердил я, прикрыл голову шляпой и спросил: — Где тело?
— Следуйте за мной.»

Опубликовано в рубрике «книги» 11 декабря 2014 года.

Сергей Буркатовский — «Главная дата» («Вчера будет война»)

data-2_500x

«Там, короче, наш современник попадает в СССР прям перед войной! Доходит до самого Сталина, все ему рассказывает…».

Опять двадцать пять! — скажет искушенный любитель фантастики. — Других сюжетов у вас вообще нет, реваншисты совковые?! Давайте уж прямо в ставку Гитлеру спецназ «Альфа» отправляйте, чего мелочиться.

Хотя завязка и впрямь жеванная-пережеванная, за книжку взялся с интересом. У писателя Буркатовского большой кредит доверия: он один из авторов великолепной игры «World of Tanks», в которой тема Отечественной войны раскрыта со знанием и любовью.

Осилил роман за три дня и остался в восторге. Будь я министром образования — рекомендовал бы в школы, к внеклассному чтению. Книга не затеряется на полке с «Моментом истины» или «Секретным фарватером». Хотя автор себя ровней им не считает и при первой возможности отказался от аллюзии на «Завтра была война«в названии.

Можно сравнить и с кинговской «11/22/63»: схожая фабула, но другие акценты. Мистер Кинг все больше про мироздание, гражданин Буркатовский — про патриотизм.

После первых же глав стало ясно. что не так уж сюжет и банален. В прошлое попадает не спецназовец и не ученый, а обычный современный веб-дизайнер категории «тысячи их». Объем знаний, полезных для страны, особенно СССР в начале 40-х, соответствующий. И пресловутая дата нападения нацистов и кое-какие подробности о ходе войны, и имеющиеся при нем чудеса техники —плеер и мобильник с микросхемами и ЖК-дисплеями не способны ни остановить приближающуюся Великую Отечественную, ни смягчить лютый напор операции «Барбаросса».

Поэтому книжка выигрышнее всего раскрывается в эпизодах военного и предвоенного быта. В них минимум «фантастического», они, напротив, очень реалистичные и живые. И это касается не только описаний боев и техники, в которых автор априори дока: настоящее, достоверное все — от учебных стрельб на МТС, от совещаний в ставке Главнокомандующего, до дальнего полета разведывательного метеорологического самолета. А шикарные панорамы? Вот Москва готовится к осаде, вот танковый клин штурмует аэродром… Или:

У крайних домов деревни показалась очередная группа. Четыре красноармейца, оскальзываясь, тащили что-то (или, вернее, кого-то) на покрытых плащ-палаткой жердинах. Идти после вчерашнего дождя по глинистой дороге было нелегко, бойцы постоянно скользили, и полверсты до замершей среди поля машины заняли у них минут десять, не меньше. У трактора остановились, осторожно поставили носилки наземь, рядом с молчащим сержантом. Тот продолжал смотреть на закат. Человек с обмотанной шапкой бинтов головой коротко застонал, когда носилки слегка ударились о кочку, открыл глаза. Сфокусировать взгляд на молча стоящей фигуре ему удалось с трудом.

— Я… Полковой комиссар… Пащенко… Назовите… себя… боец!.. — Голос лежащего был слабым, прерывающимся, но командирские нотки ухо старослужащего уловило безошибочно. Сержант вышел из ступора, как-то разом подтянулся и, разворачиваясь лицом к носилкам, вроде бы даже прищелкнул каблуками вдрабадан разбитых сапог. Не на плацу, конечно, но…

— Младший сержант Фофанов, механик-водитель второй батареи 1072-го артиллерийского полка. Осуществляю ремонт вверенной боевой техники.

— Где… остальные? — Сержант вновь поник, зыбкое ощущение плаца испарилось.

— Не знаю, товарищ полковой комиссар.

— Поня-атно… Вольно… сержант… Значит… трактор… завести не удалось?

— Нет, товарищ комиссар… Машина изношена вусмерть просто… От самой от границы идет. Последние сто верст — вообще на честном слове держалась.

— Я-асно. Орудие исправно?

— Дак вроде исправно, товарищ комиссар… Стреляло…

— В негодность привести сможешь?

— Эт-то да… Смогу, товарищ комиссар… Прицел в мешок, затвор в речку, — он широким взмахом указал на петляющую в пятидесяти метрах от дороги речушку с заболоченными, поросшими ломким осенним камышом берегами, — трактор — сожгу. Газолин есть. Только…

— Что? — говорить комиссару было уже тяжело, щеточка усов казалась черной на бледном от потери крови лице.

— Товарищ полковой комиссар! Пушка-то в порядке и снарядов штук тридцать есть еще, — Фофанов широко махнул рукой в сторону зарядного ящика, — так может, того… Может, ваши бойцы подмогнут, мы ее во-он до тех кустиков дотащим, так фриц пойдет — я хоть снаряды расстреляю? Не зря ж орудию пропадать?

Из романа вышел бы шикарный сериал, уровня «Криминальной империи». Только про людей куда более достойных. Идеологические перегибы отсутствуют: ни шапокозакидательства и идеализации Союза, ни «заградотрядов из кровавых НКВДшников».

Андрей Юрьевич Чеботарев, 1976 года рождения, все-таки сделал серьезный вклад в нашу победу. Но обошелся без «читов». Знание будущего оказалось ему в бою не многим полезнее футболки с маскотом «Iron Maiden» Эдди.

Которую тов. Сталин после серьезного разговора ему настоятельно посоветовал снять.

Опубликовано в рубрике «книги» 28 октября 2014 года.

Сергей Лукьяненко — «Застава»

zastava

Восторга не вызвала, но прочел с интересом. Прикольная идея мира, где пластические массы — от собственно пластика до нефти — долго не живут. В героях — современные российские граждане, в сложных ситуациях ведут себя достойно и грамотно. По тексту исподволь встречаются мнения автора по текущим политическим вопросам, также здравые. Бодрый духом читатель порадуется форсированию пропасти на бешеном паровозе по подвесному мосту и обороне погранзаставы с пулеметом «Максим».

Книга открывает межавторскую серию про этот самый непластмассовый мир — Пограничье. Писать будут Лукьяненко же, Громов, Васильев и другие маститые авторы.

Буду смотреть пристально.

Опубликовано в рубрике «книги» 20 ноября 2013 года.

Андрей Дай — «Поводырь»

povodyr

К так называемому жанру «попаданцев», подвиду «попаданцы в царскую Россию» питаю любовь с детства. Подарили мне как-то книжку про славянский язык и, заодно, про двух подростков, попавших через пещеру во времена Ивана Грозного.

В «Поводыре» все куда острее: отмучившаяся в аду невыразимое количество лет душа современного губернатора-взяточника вселяется в своего коллегу из XIX века. Соответственно, начинает заглаживать грехи и пытаться предотвратить нашу дальнейшую прискорбную историю.

В отличие от большинства литературных «коллег», данный гражданин практически не читерит знанием супертехнологий нашего времени. Вместо этого грамотно применяет практический опыт административной работы — как что организовать, кому что сказать и какую денежку сунуть. От этого «Поводырь» читается как хороший производственный роман.

Резанула глаза некая «Престопоклонная» неделя в Великом посте — она все ж таки «Крестопоклонная», если кто вдруг не знает — но если учесть, что главгерой по сюжету лютеранин, то, может, и простительно. Прочие исторические подробности вызывают живейшее любопытство.

Автору однозначный зачет, благо что на продолжение не поскупился — еще три книги.

Опубликовано в рубрике «книги» 20 ноября 2013 года.

Павел Корнев — «Дивизионный комиссар»

divizionnyj_komirssar

Без обиняков скопирую собственный доклад с Литреса:

Каюсь — книгу прочел, как только она появилась в интернете. Но твердо решил, что при первой возможности заплачу, и решение свое исполнил. «Дивизионный комиссар» того стоит.

Прежде всего, это добротный детектив, можно сравнить с Сименоном или Чандлером. Будничная жизнь полицейских города Осень важна для сюжета не меньше, чем яркие события. Она помогает понять, как думает герой, чем вызваны его поступки. Подозреваю, без этой канвы мало кто смог бы ему сопереживать, редкому обываютелю понятны проблемы слуг закона.

Интрига закручена довольно лихо, в моменты решающих схваток и диалогов от книжки не оторваться — так интересно, что будет дальше. Хороша и любовная линия, в ней из дождливо-нуарного мира бандитов и кого похуже комиссар Виктор Грай вступает в блестящее общество журналистки Анны Соркин, окруженной «великосветскими» бонвиванами (если не сказать «бездельниками»). И тем не менее — держит марку, мужик он или кто?

Все «фантастическое» в «Дивизионном комиссаре» — как удачный соус к хорошему блюду. Оттеняет и украшает повествование, гармонично вплетаясь в привычную нам реальность.

Отличная книга для дождливого осеннего вечера.

Опубликовано в рубрике «книги» 20 ноября 2013 года.